Я и беременный босс

— Секретарша…

Взгляд честного полицейского выражал всё, о чём он думал. Наверняка он решил, что директор совратил секретаршу, обрюхатил, а теперь измывается над бедной беременной.

— К сожалению, всё-таки придётся вас задержать, — произнёс старший сержант. Но в голове его не было ни капли сожаления.

— Задержать? — воскликнула я.

— За что? — включился Фил.

— За неподобающее поведение и создание ситуаций, способных привести к бытовым конфликтам с нежелательными последствиями, — ловко завернул фразу Пётр Емельянов и махнул рукой. — Пройдёмте.

— Старший сержант, спасибо за проявленное внимание, но мы уже разобрались. И… И он просто вспылил, жарой голову напекло. Я ничего не имею против… — затараторил Фил женским голосом.

— Уже поздно. Пройдёмте, Вольный Филипп Борисович.

— Я не могу пройти с вами. Хотя бы потому что у Анель, моей помощницы, возникли трудности с передвижением. Ей тяжело идти. Ноги устали.

— Вот на руках свою помощницу и отнесёте, если ей тяжело идти. Пока мы с вами будем беседовать, ваша помощница отдохнёт от жары. У нас в отделении всегда свежо!

Пётр Емельянов достал рацию.

— Петров? Подгони «бобон». Я у рынка…

«Какой идиот!.. И Фил, и этот, честный мент, с высокой гражданской сознательностью — тоже!.. Все мужики — идиоты!» — мысленно бушевала я.

И вдруг я подумала, почему все неприятности сыпятся на мою голову? А босс очень даже неплохо устроился в моём теле!.. Гад.

Я с ненавистью взглянула в его сторону. И мой взгляд был пойман чересчур сознательным полицейским. Похоже, я только усугубила ситуацию…

Фил в моём теле присмирел и даже будто забыл, как ему было плохо. К нам подъехал полицейский уазик, который полицейские между собой ласково называли «бобоном». Мне пришлось подхватить босса на руки и аккуратно посадить в машину.

К слову, босс оказался не слабаком. Ни разу. Особых трудностей с поднятием своего женского беременного тела я не испытала. Но радости по этому поводу у меня не было от слова совсем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

К полицейскому участку нас привезли очень быстро.

— Надолго нас задержат? — спросил Фил.

— Проведём беседу и отпустим, — усмехнулся Пётр Емельянов.

Но почему-то по приезду вдруг оказалось, что у честного старшего сержанта нашлось очень-очень много дел. Внезапно неотложных. Поэтому у наглого, невоспитанного, циничного мужчины, то есть меня, отобрали документы и проводили-таки в вонючий «обезьянник» с не менее вонючими обитателями в нём…

В одном углу ютился мужик, от которого за версту воняло так, что если бы я была в своём теле, меня непременно вывернуло бы наизнанку.