Я к тебе (не) вернусь (СИ)

— Наручники, тюрьма… И ты так спокойно об этом говоришь? — я потрясенно двигаю глазами по его лицу и издаю изумлённый вздох. — Вы же были лучшими друзьями, Дориан! — вспыхиваю я. — Вы же друг за друга были готовы умереть! Пулю в лоб получить! А теперь ты собираешься сажать его в тюрьму??

— Эвелин, — сдержанно предупреждает Дориан, но меня уже не остановить.

— Он не навредит мне, ясно?! — отчаянно кричу я сквозь застилающие взор слёзы.

— Эвелин, — делает ещё одну попытку и ступает ко мне, хватая за плечи.

— И никому не навредит! — взрываюсь в истерике, остервенело скидывая его руки с себя. — Он никогда этого не сделает!! Он не такой, слышишь?? Мой Раян не такой!!!

— Эвелин! — кричит Дориан, рывком встряхивая мои плечи.

Я потрясённо замолкаю с влажными дорожками на щеках и замираю, уставившись на него.

— Да возьми ты себя в руки! Ну же! — Дориан смотрит на меня горящим взглядом, тяжело вздымая грудную клетку. На мгновение прикрывает глаза и дёргает кадыком, успокаивая свой порыв.

Отпускает меня и делает шаг назад.

— Мне тоже нелегко об этом говорить, Эвелин, — говорит он слегка захрипшим голосом и только сейчас я слышу в нем боль и безысходность. — Но если все окажется так, как я предполагаю, у меня просто не останется выбора.

Мое сердце набухает болью и глаза вновь наполняются влагой.

— Обещай, что не тронешь его, — прошу я влажными от слёз губами. — Пообещай мне, Дориан.

Дориан не обещает. Вместо этого оборачивает одну руку вокруг моих плеч и тянет на себя, обнимая. Я поддаюсь и утыкаюсь лицом в его рубашку, сотрясаясь в тихих рыданиях. Ощущаю, как его лицо утыкается в мои волосы и слышу тихий вздох. Это дает мне понять, что ему так же нелегко, как и мне.

— Не нужно меня защищать от него, — беспомощно скулю в его грудь и всхлипываю, хватаясь пальцами за форму. — Если бы он хотел, он бы уже навредил мне. Но он этого не сделал. И никогда не сделает, — шепотом выдыхаю. — Я это чувствую, Дориан.

Он молчит, и это почти добивает меня.

— Пожалуйста, не надо… — умоляю я. — Пожалуйста, Дориан.

— Эвелин, успокойся, — ровным тоном говорит Дориан. — Мия плачет.

Я закрываю глаза и перевожу дыхание, только сейчас различая, что странный сторонний шум — это плач моей девочки.

Материнское сердце мгновенно реагирует, сжимаясь.

— Это я ее разбудила, — глухо роняю я и отстраняюсь, стирая рукавом слезы. — Иди, Дориан, тебя Мелисса ждёт, — сама удивляюсь тому, насколько пустым звучит мой голос, хотя внутри все воет от боли.

Быстро разворачиваюсь, проводя ладошкой по влажной щеке.

— Эвелин, — окликает меня Дориан и я останавливаюсь.

Втягиваю в себя всхлип и поворачиваюсь обратно.

Дориан смотрит на меня, но теперь по-другому. Его глаза становятся мягче, и в них плескается теплая грусть.