Я хочу быть твоей единственной

И вот спустя пять лет назад я указываю Ди на дверь кабинета, она без стука входит туда, а я незаметно подглядываю. Вижу, как она садиться на колени к своему папе и говорит:

-Папочка, я хочу завтра навестить свою лошадку, - говорит она о пони Звездочке, которую Фархат купил специально для нее.

-Солнышко, - он гладит Диану по волосам и говорит максимально спокойно, - но завтра первый день Нового года и клуб не работает. Давай на выходных.

И тут она делает ход конем, кладет маленькие ладошки на его щеки и заглядывает в глаза, как Кот в сапогах из “Шрека”.

-Правда? - спрашивает она с придыханием.

Я уже знаю, что Фара плюнет на отдых и повезет ее завтра к этой лошадке.

-Сая делала точно также, - говорит уже мой отец, который сидит в кресле напротив зятя и внучки. - Вот также обнимет и смотрит своими большими голубыми глазищами. Готовься, Диана будет вить из тебя веревки.

-Уже, - вздыхает муж и прижимает нашу девочку к груди.

У меня по сердцу словно мед растекается. У них, конечно, особая связь, а я просто рада, что родила ему свою маленькую копию, которая каждый день дарит ему свою огромную, безусловную любовь.

-Если она копия Саи, смотри, чтоб через двадцать лет не огорошила тебя новостью, что влюбилась в твоего ровесника, - шутит папа, а Фархат только снисходительно усмехается.

-Пап, - вхожу в кабинет и кладу руки на высокое отцовское кресло, - твои внуки сейчас разнесут железную дорогу.

-Да? - спохватился он и тут же встал. - Пойду посмотрю. Я с таким трудом ее строил. Зрение уже не то.

-Вот и иди посмотри. А то к Новому году ничего не останется.

-Я с тобой, аташка, - Диана спрыгивает с колен папы, бежит к деду и берет его за руку. Все-таки решение переехать сюда было правильным. Диана растет в окружении двоюродных братьев и сестер. У нее есть бабушки и дедушки, дяди и тети, а у нас с Фархатом есть люди, к которым ее можно привезти с ночевой. Да и я без дела не сижу и открыла здесь семейное кафе с большой игровой зоной. Пока все получается и тут, и там.

-Ты снова сдался, - улыбаюсь и обнимаю мужа за талию. - Как бы ты ее не избаловал.

-Тебя же не избаловали, - смотрит на меня сверху вниз и касается ладонью щеки. Тело до сих пор реагирует на все его прикосновения, но мы все-таки не дома и за дверью полно людей.

-Да, но у меня не было собственной лошадки в пять лет. Хотя, - задумываюсь, - меня папа катал на спине.

-Поедешь с нами? - он касается губами лба, век и носа, и я знаю, что будет дальше.

-Куда я от вас денусь? - обреченно вздыхаю и приоткрываю рот в ожидании поцелуя.

-Люблю тебя, малыш, - шепчет он.

-И я тебя, Фарочка.

Фархат не заставляет долго ждать, и как только его губы накрывают мои, я зарываюсь пальцами в его теперь уже полностью седые волосы, царапаю кожу и тихонько постанываю. Вот он мой единственный. Навсегда."