Я. Хочу. Тебя. (СИ)
– Я. Хочу. Тебя, – произносит он одними губами, глядя на меня с ринга. – И ты. Сегодня ночью. Будешь. Моей. Словно приказ, который снова и снова бьет током. Проносится по венам. Стараюсь смешаться с толпой. Скрыться. Сбежать. Но замираю, когда он спускается с возвышения ринга. Прямо в ревущую толпу. В один миг он оказывается рядом. Пронзает диким, лихорадочным взглядом. Даже вскрикнуть не успеваю, как он подхватывает меня, обвивая крепкими руками. – Моя, – рычит, забрасывая меня, как пушинку, себе на плечо. – Отпусти! Начинаю судорожно дергаться. Извиваюсь, пытаясь вывернуться. Но крепкая рука обхватывает меня еще сильнее. – Ты мой трофей! – рычит, пронося меня сквозь ревущую толпу.
Раз уж решил вышибать всех тупых неудачников из кудрявой зеленоглазой головки, то придется перетерпеть и ужин. Со всей прилагающейся поебенью.
Матерюсь себе под нос, раскидывая розы по ступенькам.
Прямо у входа в дом. И еще. На пол. На ступени наверх. Все три этажа. До самой крыши, на которой собираюсь устроить ужин.
Вот так. И на стол лепестков. Побольше. На саму крышу.
Может, еще на постель? И фейерверк ей заказать?
Неееее, это уже будет, походу, перебор.
Я же сам потом себе в глаза без смеха смотреть не смогу! Пальцем сам в себя стану тыкать!
Сто раз за каким-то хреном пробегаюсь от входа дома на самый верх.
Вазы уже расставили по всей гостиной.
А я все проверяю, нормально смотрится или херня.
И часы. Кажется, поломал, пока гелик в металлолом оформлял. Иначе какого хрена мои Tour de I'lle, которые, по уверениям того, кто мне их дарил на юбилей, будут идти с точностью до милисекунды даже через триста лет после того, как я сдохну, застыли так, что три раза сожрать весь этот ужин мог бы, пока стрелка ползет всего на одну минуту?
Хлам, а не часы.
Я успеваю трижды посинеть под ледяным душем.
А то с каждой ползущей, как улитка с переломанными ногами, минутой, у зеленоглазки становится все меньше шансов добраться до крыши, на которой сервирован столик! И все больше, что дальше, чем дверь, она не дойдет.
Заброшу со входа на плечо и уволоку в спальню. Без всякой романтики!
Даже за каким-то хером умудряюсь завязать галстук, хоть сроду этого не делал! Разве на официальные приемы. Да и то не своими же пальцами!
Устрицы, кажется, уже сдохли под своим экзотически свежим соусом.
А зеленоглазки все нет!
Твою мать!
Нет, я, конечно, слышал где-то краем уха, что женщинам положено опаздывать на свидание."
"Но мои женщины не опаздывают. Никогда. Идут четко, как эти вот сраные Tour de I'lle! И даже с опережением!
Да и у нас что?
Свидание?
Ни хера.
Она вообще мою нереальную щедрость отрабатывать должна!
И глупость свою заглаживать!
Так что не приехать. Прилететь была обязана!
Заранее! Ну, максимум, вовремя.
Думает, промедление ее спасет? Ночь получится не такой долгой?
Или специально маринует? Но тогда кому хуже делает? Я-то дождусь. Но мое вдруг вспыхнувшее безумие так же быстро и испариться!
И тогда тебе, девочка, не поздоровится!
Я же наброшусь. И думать ни хрена не буду!
Какой тогда, на хрен, ужин?
Рот сразу заткну тем, чем и должен! Для чего и создан твой сладкий упругий ротик!
А, может, она там прихорашивается?
Хочет соблазнить? Платье никак не выберет?
У них это проблема, дааааа.
Ни хрена не понимают, что платье меньше всего мужика интересует! Только в плане удобства сорвать побыстрее. А она мне и в мешке нравится.

















