Я хочу тебя (СИ)

Даже хочется, чтобы она снова заговорила об этом обсосе, который, как Алина думает, влюблен в нее, а не в положение Руслана. Пусть снова спросит, пусть не сдержится, и я приторможу у обочины, и получу ее всю.

И Алине понравится.

Стонать будет подо мной, кричать от экстаза, пока я буду вытрахивать из нее идиотские мысли об этом лохе.

— Я никогда тебя не прощу, – прошептала Алина. — За все то, что ты сделал. И делаешь сейчас. Ты меня уничтожаешь, возвращая отцу. Он в ярости будет.

— Руслан тебя не убьет.

— Не убьет, да, – горько усмехнулась она. — Хотя лучше бы убил. Скоро он отдаст меня какому-нибудь старому головорезу, которого мне придется ублажать.

А если буду плохо ублажать, буду ходить в синяках, и отец ни слова против не скажет. Маму мою он тоже так наказывал – лицом о кафель. Даже не трудился бить так, чтобы синяков не видно было. Меня та же участь ждет. И я тебя не прощу!

— Я переживу.

Алина считает меня чудовищем. Может, так и есть, ведь будь я хорошим, не выжил бы. Родителей убили, и я оказался сначала на улице, а затем в детском доме, после которого много что было. И если бы я вел себя, как добренький лошок, давно бы сдох.

Так что пусть Алина меня ненавидит. Однако, именно ко мне она обратилась за помощью.

В город мы вернулись поздней ночью, и Алина тут же отправилась спать.

«Ковалю ни звука. Сам расскажу то, что посчитаю нужным» – написал Игнату и, наконец, смог отключиться.

Утром Алина не вышла из комнаты. Зато Лариса явилась, накрашенная, как дешевая эскортница, и привычно начала раздражать:

— Демьян, а ты вообще когда-нибудь спишь?

— Сплю.

— Мало, да?

Кивнул ей, и достал свой нож, доставшийся от отца. Единственная вещь, которую я унес из родительского дома, и сумел сохранить.

Оружие – холодное, или огнестрельное, всегда меня заземляет, и помогает остудить голову.

— А что ты любишь на завтрак? Я могу приготовить, – пролепетала Лариса.

— Еду привозят из ресторана, я позавтракал. А из твоих рук, – я приподнял бровь, и взглянул на нелепо выглядящую девушку, — я ничего не приму. Не любитель клофелина.

— Да не виновата я! – топнула ногой младшая сестра Алины, и начала что-то мне втирать, но что именно, я уже не слушал.

Пресная девка. Яркая, но безвкусная, и оттого неинтересная.

«Через тридцать минут жду в офисе» – прочитал сообщение от Коваля, и поднялся.

— … и ты слишком много слушаешь Алину. Это она тебя накрутила, что я шлюха, да? – продолжила бухтеть Лариса. — Ей ты многое позволяешь. Гуляла весь день, пока я тут сидела, как в клетке. Алине можно и на тусовки, и свободы ей больше, а я…

— А ты заткнешься, – оборвал ее, набрал Игната, и приказал подняться наверх.

Вышел в коридор, и начал одеваться. А затем прислушался – тишина. Алина либо спит, либо прячется от меня, как ребенок.