Я не ангел

Губы вот только в кровь разбил, челюсть чуть на сторону не свернул, и поворот головы у меня теперь как минимум на двести градусов, но в чувство привел! Заметил, что глаза открыла, лупить перестал, и швырнул на стул с такой силой, что вместе с этим стулом я к стене отлетела как моль от вентилятора, но зато ко мне слух вернулся и по-русски я тоже понимать начала.

— Что, шмара… Очнулась? Думала не найду тебя? Думала больничку залегла и все, долги отдавать не надо будет? А потом еще и спрятаться решила? Думала Гарик тебе что, все простит? Спишет? Не-е-ет.

Все отдашь.

В ответ ничего не стала придумывать. Ответила так, как есть с трудом пошевелив губами:

— Что вам от меня нужно? Я после комы потеряла память и потому не только о долгах не помню, но вас тоже, словно в первый раз вижу. Кто вы? Сколько я вам должна? Чем вы можете подтвердить свои требования? — не знаю, чего я ждала, но точно не удара ногой под ребра и «ухода» в уже знакомую темноту.

Вот только в себя после этого я пришла уже не от «нежных» похлопываний, нет. В этот раз я тонула. Как? Да просто все как дважды два.

Волосатый придурок топил меня в ведре с водой. Засовывал мою голову воду и ждал пока я трепыхаться начну, и так раз пять, пока в его «умную голову» не дошло, что я уже не просто очнулась, а того и гляди по новой отчалю в небытие. Вот тогда это оно и заговорило вновь.

— Ты мне сказки рассказывать не начинай, не надо. Много вас таких, сказочников. Деньги и травку все горазды брать, а как отдавать время приходит вы по углам да норам прятаться начинаете. Твое дело знать, что ты мне должна. Много должна.

Понятно? Карточку твою я забрал. Сколько на ней?

— Десять тысяч, — с горем пополам прошептала я, отдышавшись.

— Мало, — озвучил свое решения державший меня за шкирку гоблин. — Вот только в этот раз я тебя никуда за остатком долга не отпущу. Будешь на цепи сидеть, пока муж не выкупит.

— Не выкупит, — разочаровала его я. — Он после комы парализованный у своей мамочки в квартире лежит, — соврала я. — а этой мымре я и даром не сдалась.

— А если пацанку твою прихватить? За нее она заплатит?

— Фиг тебе. За мою девчонку она гроша ломанного не даст.

Даже в полицию заяву не кинет. Вздохнет с облегчением и помолится за тебя. Я сама долг отдам. Скажи только, сколько?

— Вот же… Связался с тобой, тварью. Страшная, злая как крыса помойная и нищая как негры в Африке. Тебя даже в бордель не продашь. Кому ты такая нужна там будешь? На опыты тебя продать что ли? А, что? Это мысль. Слышь, ты? — он встряхнул меня как тряпочку и добавил. — Будешь крысой для опытов. Есть у меня один знакомец. Может и позарится на тебя.