Я Не игрушка для тебя (СИ)

— Макар, что за история, с моим братом? Расскажешь?

— Такая красивая малышка, не должна забивать себе голову, — подвинулся ближе и захватив мой локон поднес в носу. — Пахнешь малиной, мне нравится.

Ясно-понятно. Ничего конкретного он не скажет. Зря пыталась. Беру сумочку и киваю Шатровой, что мы двигаем на выход.

— Мы еще увидимся, сладкая, — смех компании стоит в ушах…

Угу. Жди — даю мысленное обещание.

23

— Што? — поднял на меня глаза Матвей с набитым ртом.

— Кушай-кушай, — дала бы по дурной его голове, чем потяжелее.

Так и вижу в протоколе: ""Обвиняемая бегала за потерпевшим с утюгом и угрожала ему! — Не угрожала, а пыталась загладить свою вину! ""

— Добавки? — спрашиваю… я ж вежливая.

— Нет, спасибо! Мясо у тебя получается — просто язык проглотишь!

Интересный контекст с языком… отвожу глаза.

— Рит, поехали покатаемся?

— Я за руль! — аж захлебнулась, в перспективе погонять на его красотке.

Брат менял машины с завидным постоянством. Ничего у него долго не задерживалось… и никого — коллекционер хренов. Зато, как мне морали читать: туда не ходи, сюда не ходи! На парней не смотри… Тьфу, на этого любителя двойных стандартов!

Провела пальчиками по сверкающему зверю по имени ""Порше Кайен"". Подключаю к аудио системе свой айфон. Врубаю рок-группу Pain. Мотор урчит и откликается на ""погнали, малыш!"". Чистый кайф течет по венам! Ловлю на себе взгляды Матвея. Драйв передается и ему. Постукивает пальцами в такт басам.

— Ты где так водить научилась? — удивляется братан. — Кто научил? — добавляет уже шипя.

Вот, гад! Плавно прихлопываю дверь и смотрю на эту ""прелесть"". Все! Хорошего понемножку! Мы подъехали к дому гоблина. Матвей уговорил зайти на чашку кофе.

— Отец опять бухал, — братан сморщил нос от запаха алкоголя и накиданных бутылок.

Храпящее тело папеньки лежало на диване, в гостиной. Пока Матвей ходил наверх, в свою комнату, не удержалась! Стащила из кабинета перманентный маркер и нарисовала бате гитлер-усы и чубчик на залысине.

— Рита, твою ж мать! В детстве не нарисовалась? — отбирает черный маркер и хмуро рассматривает мое художество. — Он же долго не сведется!

А Рита глазки в пол и водит ножкой по паркету.

— Бери спиртовые салфетки и стирай! — категорично заявляет брат.

Пришлось выполнять. Такое суровое лицо натянул, что меня ждут кары египетские.

Представьте себе картину: стою на коленях у дивана и полирую салфеткой лобешник гоблина. Это чудовище просыпается. Моргает глазенками. Начинает орать.

— Ааааа! Убить меня хочет!

— Да, заткнись ты уже! — шлепаю ладошкой по лысинке."

"— Матвееей! Она меня бьет! Матвееееей! — горлопанит так, что кровь из ушей потекла, наверное.

— Рита, уходим! — оттаскивает от пьяни братан.

— Я у тебя сегодня переночую, — обрадовал Мотя, садясь сам за руль.