Я не могу с тобой проститься

Он уже сидит в вертолёте, когда я, прежде чем туда закатят носилки, нагибаюсь над Игорем, снимаю кислородную маску и целую его прямо в горячие, потрескавшиеся губы, наплевав на смущённых зрителей. Он ненадолго приходит в себя и говорит, задыхаясь, тихо-тихо,

- Я вернусь… Поправлюсь и вернусь за тобой… моя королева, - это слышно только мне, так как шум вращающихся лопастей, перекрывает всё, даже крик, но мы так близко, что мне достаточно шёпота, хватит взгляда, потому что я слышу любимого не ушами, как считают некоторые, я слышу его сердцем. Киваю в ответ, пусть строит планы, пусть надеется, главное выживет. Пускай живёт. Он не знает, чем я заплатила за его жизнь и не надо…

Дома пусто. Собираю его вещи, пропахшие потом футболки. Вдыхаю его запах до головокружения! Татьяне в прачечную не понесу, сама постираю. Когда-нибудь, когда надышусь."

"Верхнюю одежду, обувь и чистое бельё отправила вместе с Игорем. Надо же ему в чём-то возвращаться, когда поправится. Я не забыла про жертву, не ко мне, на работу-то он должен вернуться.

Пора спать, а я хожу, как неприкаянная из угла в угол и всё придумываю себе разные занятия, чтобы подольше не ложиться в постель. Одинокую, холодную постель, где его теперь нет. Как он там? Надеюсь, что ему уже помогают, уже лечат так, как надо в нормальных человеческих условиях. Что скоро ему уже станет легче.

Наконец добираюсь до подушки. Его подушки! Обнимаю её и утыкаюсь носом, потому что его запах дарит иллюзию присутствия, его присутствия. Может, если я буду обнимать подушку, на которой спал Игорь, он хотя бы присниться?..

* * *С трудом дождавшись утра, бегу к Михаилу Ивановичу – буровому мастеру, он у нас главный и держит связь с большой землёй. Прошу его позвонить, узнать, как долетели, как там Стрельцов? Потому что абсолютно точно знаю, что прошедшая ночь была для него решающей.

Осознав важность момента, он дозванивается до нашего офиса, там выискивает какую-то Регину Игнатьевну и просит её позвонить в больницу, и всё выяснить про Игоря Стрельцова, поступившего вертолётом санитарной авиации нынче ночью.

Видимо Регина Игнатьевна ещё та штучка, потому что мастер долго её уговаривает и осыпает комплиментами, а я буквально чешусь от нетерпения и желания вырвать у него рацию и высказать этой выдре всё, что думаю.

Но дипломатия Иваныча в конце концов срабатывает, он кладёт трубку и сообщает,

- Сейчас Регинка всё узнает и выйдет на связь, зайди через часок, - как бы не так!

- Я подожду, - и устраиваюсь поудобней на втором стуле в его маленьком, деревянненьком, так называемом офисе.