Я буду твоим единственным

Там Нина плачет и причитает, что соскучилась по «любименькой Газировочке». Просит: «Мамочка, миленькая, можно я пойду на площадку с Полиной и Газзи?» А Мия наставительно учит дочь жизни: «Мы не можем пойти гулять с Полиной, потому что она дружит с маминым врагам».

- Пздц. Убил бы, - вылетает из моего рта. Спохватываюсь и добавляю: - Образно выражаясь.

- Ну я полетела к ней. И высказала все, что думаю.

- «Мамин враг» - это я?

- Ей ужасно неудобно перед тобой из-за того ее поведения. Она ведь... настраивала меня против тебя. Они вместе с Баскаковым. У меня еще сотрясение было, я... так хреново соображала. Она сначала убедила меня, что видела вашу драку с отцом. Якобы ты его оскорблял, толкал. Прости, - она качает головой. - Я не знаю, почему поверила. Просто не знаю. Потом Мия заявила, что не уверена в том, что видела. А еще позже и вовсе съехала на состоянии аффекта.

- Она была на втором этаже в своей комнате, когда все случилось, - говорю я.

- Я, когда все узнала, ее к стенке приперла. Достала ремень, - Полина усмехается, быстрым движением убирает волосы за уши. - Я ее хлестанул ремнем, прикинь! Два раза подряд.

- Ну ты даешь."

"- Сука инфантильная. Отец нас никогда не бил. Вернее, ее не бил. Ну она и призналась, что нифига не видела. Ей так показалось. Сломали они все мне жизнь, Илья. Сейчас ей стыдно перед тобой. Так стыдно, что в глаза тебе смотреть не может. И ей было бы очень удобно, чтобы я вычеркнула тебя из жизни.

- Ты сказала, что у тебя было сотрясение? - выцепляю важное из ее слов. - Я не знал.

- Возможно. Я не уверена. Отец меня ударил, я упала и ударилась головой. Она потом болела несколько месяцев. Я ведь так и не сходила к неврологу. Я была такой несобранной раньше! Никто меня не повел, и я молча терпела. Таблетки действуют — и ладно. Если бы ты был рядом, ты бы обо мне позаботился.

- Сейчас болит? Какого формата боль?

- Нет. Не беспокойся.

- Тебе нужно было сказать моим родителям. Я бы поискал невролога.

- Мне хотелось страдать посильнее, чтобы тебе потом было особенно стыдно, что оставил меня, - она улыбается, но мне совсем не смешно. - Я представляла себе, что однажды прямо на улице потеряю сознание, меня отвезут в больницу. И тогда ты узнаешь! И тогда ты пожалеешь! О боже, - она осекается и смеется. - Как много глупостей было в моей голове в то время! Какие-то пафосные картинки, словно из фильмов, где я главная героиня. Но вернемся к Мие. Нас связывают только детские воспоминания. Я ведь обожала ее раньше! Старшая сестра была для меня всем! Мы росли без мамы. Как так получилось, что мы перестали понимать друг друга?

- Вы просто очень разные, - повторяю очевидное.

Твой по-детски жестокий план сработал, Полина. Если бы ты мне написала короткое сообщение летом, например, «Голова болит. Помоги». Я бы сорвался и приехал, наплевав на гордость.