Я (не) прощу тебя. Измена мужа

Хруст пальцев в кармане был хорошо слышан даже сквозь едкий смешок Озимкова.

– Зачем ты угрожал Ксении? Зачем писал ей эти идиотские эсэмэски? Отвечай!

– Я тебе уже сказал однажды, Гур, – поднимаясь резко со стула Аркадий и впивается злобным взглядом в лицо Игната. – Я хотел, чтобы ты пережил то, что пережил я, когда ты отнял у меня Кристину. Я никогда, слышишь, никогда тебе этого не прощу.

– Ты придурок, Озимков?! Кто у тебя что отнимал? Ты как был тупоголовым заучкой, так им и остаешься! Кристина! Кристина! Не упала мне твоя Кристина никуда. Если бы не мать, я бы никогда не согласился на ту свадьбу.

Никогда."

"– Уже неважно, – цедит сквозь зубы. – Время упущено. Ничего не вернуть. Только боль разочарования никак из груди не вытравить.

– Ну ты и дятел, Озимков. Ты бульший идиот, чем я думал. Что ж ты мне в уши вкручивал про свою любовь, про ребенка, а Кристину до сих пор любишь? Так чего не добился ее? Почему не остановил? Зачем позволил ей творить то, что она сделала? Ты ведь знал о подмене тестов?

– Откуда знаешь? – сужает глаза Озимков, хмурится.

– Мать отдала телефон и бумаги, после того как отписала Ксении полквартиры.

Ты же знал про суд? Все знал, гад. И ничего не предпринял. Как ты, у которого есть ребенок, мог позволить себе глумится над моей беременной женой?!

Игнат не сдерживается и в порыве ярости хватает Аркадия за полы пиджака и встряхивает.

– Ты думаешь, мне было до этого дело?

– И именно поэтому ты подослал этого лекаря? Он чуть не угробил мне жену!

– Ты идиот, он ее спас. Не наговаривай на… Семена. И да, этот осел должен был сыграть совершенно другую роль, а повелся на твою жену, как пацан втрескался в нее по уши.

– Да тебя убить мало.

Ты?!

– Что? Что ты мне сделаешь? Ударишь? Так я ж тебя уложу одной левой. Ты поубавь свою прыть, а то вместо того, чтобы вернуться сегодня домой, опять полетишь в страны не столь далекие, менять протез. Инвалид чертов.

Озимков стряхивает со своего пиджака мои сжатые кулаки.

– И вот тебе мой совет, Игнат. Побереги свое здоровье. Потому, кроме как тебя, твоих детей и твою жену защитить некому. И если вдруг мне представится еще такой шанс, насолить тебе, знай я им воспользуюсь. Живи теперь с этим.

Аркадий, одернув пиджак, обходит Гурьева по касательной и, не останавливаясь, уходит.

У Игната все свербит внутри. Каждая клеточка, каждый нерв требуют наказать, уничтожить и только разум, останавливает, тормозит от безрассудного шага.

Игнат медленно поворачивает голову к двери и успевает заметить уже мелькнувшую спину Аркадия, скрывшуюся за дверью с табличкой «Служебное помещение, вход запрещен».

– Господин Гурьев, заказывать что-то будете? – мужчина, вздрогнув, перемещает свой взгляд на официанта, возникшего снова так неожиданно перед ним.

– Принеси кофе. Крепкий.