Я (не) прощу тебя. Измена мужа

Лена, видимо, только недавно вернулась с работы. Так как на ней был офисный костюм темно-синего цвета. На лице был заметен макияж, но минимальный. Дресс-код на фирме мужа жесточайший. Оттуда и строгость в прическе и неяркие цвета помады на губах и лака на ногтях. В стенах фирмы существовало негласное правило, которому подчинялись все: ни один работник не должен выделяться из общей массы. Если не следуешь правилам, то тебя тут же увольняли. Вот и Ленка, сама по себе далеко не красивая и даже симпатичной её трудно было назвать, высокая, худая; про таких говорят – кожа да кости, но хваткая и сообразительная.

Думаю, за это и получила повышение. Добилась его своим умом.

– Ну, что застыла, подруга. Давай проходи, – дернула меня за руку Ленка, потащила на кухню. – Ты знаешь, я не люблю копаться в чужом белье и, уж тем более, бередить чьи-то раны, но ты скверно выглядишь, Ксюнь. Тебе явно нужна моя помощь. Садись здесь. Давай я тебе вместо чая что-нибудь покрепче налью. Коньячка?!

– Не нужно, – поднимаю руку. – Я за рулем.

Отвечаю глухо, а в груди сердце отбивает чечетку.

– Так, и что же о нас говорят, Лен? Расскажи?

– Да, сплетни разные, подруга.

Я это даже пересказывать не хочу. Такой бред. Чушь полнейшая.

– И все же!? – настаиваю, а в горле от переживаний становится сухо.

Если в офисных кулуарах обсуждают нашу жизнь с Игнатом, то значит, дело не в сегодняшней ссоре. Тогда…

– Я слышала, что Игнат нашел себе любовницу, – смотрит Ленка мне прямо в глаза, говорит прямо.

А ее слова для меня сродни удару под дых. Выбивают весь воздух из легких.

– Но не чушь ли это, а, Ксюнь. Ну, твой Игнат и какая-то любовница – это две несопоставимые реалии. Мне кажется, это чья-то черная зависть.

Честно. Ну, кому-то скучно стало и вот, решили пустить слух. Ну, ты же знаешь, как это бывает. Твой Игнат, он же любит тебя больше жизни…

– Это правда… – сдавленным стоном срывается с губ.

– Что? Что ты говоришь такое?

– Я сама видела, Лен.

– Да, ну. Не может быть?!

На лице Лены написано искреннее удивление и шок. Ленка так радовалась моему счастью. Мечтала, чтобы и ей также как мне повезло встретить сказочного принца на белом Мерседесе, который бы влюбился в свою Золушку с первого взгляда и, невзирая на ее материальное положение и социальный статус, взял в жены.

– Он выгнал меня из дома, – продолжила.

Говорить было трудно. Голос подводил. Срывался на хрип.

– Боже! – прикрывает Лена рот. И, нащупав табурет, садится рядышком со мной. – А Кира?

– Нас всех. И заблокировал карты.

– Ого! Это что же такое получается? Значит, это все не слухи…

– Нет, – отрезаю.

– Ксюша. Ксюшечка. Подруженька моя. Что же такое происходит? Я не могу поверить?!

Ленка цепляется за мои коленки. Сжимает их. А в глазах застывают слезы.

– Ты сейчас убиваешь во мне мечту, Ксюша.