Я ненавижу магические академии

Вместо того чтобы глупости всякие говорить, лучше бы меня поцеловали.

Желание, так давно сидевшее в моей душе, наконец нашло выход в словах. Правда, слова эти как-то не совсем подходили для фьорды из такой семьи, как Берлисенсис, но забрать назад их уже не представлялось возможным.

– Что вы говорите? – несколько растерянно сказал он.

– Я говорю, что мы с вами неправильно расстались, без прощального поцелуя, – попыталась я смягчить свои слова.

– Извините, фьорда Берлисенсис, но я не считаю для себя возможным целоваться по кустам с пьяными студентками.

– Я тоже не считаю для себя возможным целоваться с кем попало, – упрямо продолжила я. – Это исключительно в исследовательских целях.

И пальцем уперлась в его плечо для убедительности.

– И какого же рода исследование вы собрались проводить, фьорда Берлисенсис?

Голос его не смягчился ни на йоту, хотя для каждого декана желание студентов заниматься исследовательской работой должно звучать музыкой. Может быть, для факультета Земли это слишком частое явление, и единственное, чем можно поразить Кудзимоси, – выбранной темой?

– Я хочу выяснить, какая разница между поцелуем под воздействием зелья и без его воздействия, – важно ответила я.

Да, пусть не думает, что мне так уж важен его поцелуй. Интерес – чисто научный, и не более.

– Видите ли, фьорда Берлисенсис, – мне показалось, что он с трудом сдерживает смех, – в этом случае нарушается чистота эксперимента. Вы же сейчас опять под воздействием зелья, правда, уже другого, под названием «Спиритус вини».

– А мы потом еще один проведем, – предложила я. – Чтобы уж совсем чистый был.

– Я просто поражен вашим стремлением к знаниям, – сказал Кудзимоси, но голос у него почему-то был совсем не восхищенный. – Это похвальное качество для студентки. Вот только для эксперимента одного подопытного все равно мало.

– Мало? – удивленно переспросила я.

– Ну да, должна быть репрезентативная выборка.

Я и пытаться не стала повторять это слово. Не нужно мне никаких выборок, мне вполне достаточно одного этого подопытного. Правда, так и непонятно, согласен ли он принять участие в эксперименте? А если нет, зачем он тогда меня вообще поцеловал?

– А зачем вы меня тогда поцеловали, фьорд Кудзимоси? Почему вы мне просто зелье не влили?

Пальцем я теперь в него тыкала вполне обвиняюще, мне даже самой понравилось. Плечо у него было такое твердое – одно удовольствие тыкать. Поэтому одним разом я не ограничилась. Вот ведь гад! Заманивает в науку, а потом участвовать в эксперименте отказывается."

"– На тот момент это казалось самым простым способом влить в вас зелье, – пояснил он. – Сделай я это силой, и к синяку вокруг талии прибавились бы еще на руках и, возможно, еще где-нибудь.