Я ненавижу магические академии

Но теперь, после ваших слов, будь он даже последним неженатым мужчиной в Фринштаде, он не мог бы рассчитывать на мою благосклонность. И пусть он даже близко ко мне не подходит.

– А то что? – спросил он меня с явной насмешкой, но не злой, а такой… изучающей.

– А то он будет иметь дело с моим братом, которого в пятницу выпускают под залог.

На этом я посчитала разговор оконченным, резко развернулась и пошла подальше от этой семейки. Внутри меня все кипело от возмущения. Вдогонку мне донеслось:

– Да, порода видна.

Фабиан догнал меня почти сразу:

– Лисандра, успокойся, у отца просто дурацкая манера шутить. Он любит сказать что-нибудь этакое и смотреть, что отвечает ему на такое собеседник.

– Фьорд Чиллаг, я ничего не имею против манеры развлечения вашего отца, лишь бы все это меня не касалось, – перевела взгляд на его руку, которая удерживала меня за край мантии и продолжила: – И вы меня не касались. Ни в каком смысле этого слова.

Фиффи клацнул листьями, и Фабиан торопливо отцепился. Ведь у него не было такого замечательного артефакта, как у папочки, а мой питомец явно намекал, что совсем не прочь был бы перекусить. Чиллаг-старший приближался неторопливой походкой, на лице его было довольство сытого кота, играющего с пойманной мышкой. Не знаю, чем бы все это закончилось, если бы ко мне не подошел Хайдеггер.

– Лисандра, у вас какие-то проблемы? – спросил он, крайне неприязненно глядя на обоих Чиллагов. – Что нужно этим фьордам от моей невесты?

Брови отца Элены поднялись вверх, показывая крайнее удивление. Ведь о том, что у меня здесь появился новый жених, Фабиан не знал и, соответственно, не мог рассказать отцу.

– Мы пытались выяснить у фьорды Берлисенсис, где сейчас находится моя дочь, ее подруга, – пояснил Чиллаг-старший. – И да, фьорда Берлисенсис, это была шутка. Признаю, неудачная. Но очень уж мне хотелось увидеть вашу реакцию на нее, я привык своим желаниям потакать. Я надеюсь, вы меня за нее простите?

Я холодно кивнула, показывая, что приняла его извинения, но не поверила ему ни на кончик моего ногтя, взяла Мартина под руку и отвела его подальше. Нам же предстоит серьезный разговор, совсем не предназначенный для посторонних ушей. Особенно чиллаговских.

– Мартин, я рада вас видеть, – начала я.

– Я еще вчера вечером приехал, – счастливо улыбнулся он мне, – но пока пытался добраться до Ясперса, стало уже совсем поздно. Но чуть рассвело – и я к вам!

Я попыталась собрать нужные слова в правильную фразу. Почему-то мне было невыносимо стыдно.

– Мартин, я даже не знаю, как вам это сказать. Вы очень хороший, и мне нравитесь, но выйти за вас замуж я никак не могу, – выпалила я на одном дыхании.

– Никак? – переспросил он совсем убитым голосом.

– Никак, – твердо ответила я.