Я ненавижу магические академии

Оставшееся время я провела за макияжем, тщательно рисуя себе лицо. Здесь главное – не перестараться, как говорила моя бабушка, а то будешь напоминать собственную посмертную маску. В идеале, это должно быть почти незаметно, особенно при ближайшем рассмотрении. Ведь я красива не потому, что на мне толстый слой косметики, а потому, что я – это я.

Так что к подруге шла я в самом хорошем расположении духа, которое испарилось сразу же, как только я увидела ее брата, который пришел вместе с другом. Друга я знала, и довольно давно. Алонсо Кихано был из очень хорошего старинного рода, увы, обедневшего. А еще у него были две младшие сестры, которым до выданья оставалось не так уж и много, и о приданом которых придется заботиться ему, так как родители их погибли лет десять назад. Алонсо мне не подходил, даже для списка «На самый крайний случай», но сам по себе он был парень красивый, воспитанный и обаятельный, так что поздоровалась я с ним с большой приязнью. А вот братом Элены оказался тот самый наглый тип, что предлагал купить мне комплект белья. Сейчас мантии на нем не было, что позволяло увидеть толстенную золотую цепь, доходящую почти до пупа, да еще и с огромным бриллиантом. Если бы это еще хотя бы артефакт был, я бы поняла, но он же явно нацепил это потому, что думал, что так красиво. Какая вульгарность! Бриллианты вообще днем не носят, да и смотрятся они исключительно при искусственном освещении. Этому типу бы тоже не помешали специальные курсы по этикету. Что ж, будем изображать радость от встречи и слабую память. Я ослепительно улыбнулась и посмотрела на Элену с вопросом. Поняла она меня сразу же.

– Лисандра, это мой брат Фабиан, – представила она нас.

– Мы уже встречались, – довольно сказал он. – Правда фьорда отказалась со мной знакомиться.

– В самом деле? – удивленно сказала я. – Со мной так часто пытаются знакомиться, что я просто не в состоянии всех запомнить. Но я рада познакомиться с братом моей дорогой Элены.

И счастливо улыбнулась, показывая свои безупречные зубы.

– Берлисенсис, значит, – процедил он в ответ. – Не дошло еще, что жизнь изменилась, все по старым правилам живешь.

А новые правила – это бросаться на шею всем желающим? Как интересно, однако. Гордость или есть, или нет, вне зависимости от положения, тут уж ничего не сделаешь. Кстати, не думаю, что сам этот фьорд в тяжелой жизненной ситуации пошел бы на содержание. Я сделала вид, что ничего не понимаю, и улыбнулась еще шире, так широко, что щеки заболели.

– Элена сказала, что вы, фьорд Чиллаг, можете навести справки о финансовом положении моего бывшего жениха Антера Нильте.

– А что так официально – «вы», «фьорд Чиллаг»? – хохотнул он. – Подруга моей сестры – моя подруга. Можно сказать, почти сестра.