Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

Люди уже на марше, я выезжаю через час…

- Что-то случилось, Павил? Почему так срочно?

- Твой дядя Крайс сел на цахирский трон и, пользуясь моментом, когда таргаские войска ушли сюда, рвется напасть на беззащитную страну, чтоб отомстить за гибель брата. Весь мир висит на волоске. Сейчас важно не допустить его вторжения в Таргасу, это зависит от того, как быстро наши армии смогут прибыть в Цахир. Рой выехал вчера, я тоже уезжаю, Герберт, - он коротко кивнул и повернулся, собираясь уходить. - Не беспокойся ни о чем, мы с Роем не дадим твою страну в обиду!..

- Постой, Павил, одну минуту! - я бросился вперед.

- Ты правильно сказал: Таргаса - моя родина, я не могу отсиживаться здесь, когда такое происходит. Часа мне хватит, чтоб собраться в путь!

- Ты сможешь выдержать ускоренную скачку, принц? Я видел, как ты занимался, тело твое еще не так сильно, как прежде…

- Черт подери, о чем ты говоришь? - я разозлился. - Заделался моей сиделкой, генерал? Я чувствую себя отлично. Сам говорил, что хочешь видеть меня королем Таргасы, так как же я могу в такой момент быть в стороне от моего народа? Я выдержу любую скачку и обузой никому не стану.

"

"- Таргасцы будут рады тебя видеть, - он вдруг открыто улыбнулся, а я подумал, что его улыбку вижу в первый раз. - Сейчас нам нужен мир, поэтому я сам хотел, чтоб ты пошел со мной, но не решился предложить, зная, что ты нуждаешься в лечении. Давай все сразу проясним. Я для тебя не командир, мы равноправные союзники, возможно для тебя так будет проще…

- Кровавый генерал стал миротворцем? - не удержался от усмешки я. - Но ты же должен понимать, что это невозможно? Наш мир погряз в войне, его так просто не изменишь.

- Да, это будет очень сложно.

Но допустить, чтобы мой сын прошел тот же кровавый путь, что и его отец, я тоже не могу.

- Ты с ним нашел общий язык?

- Ну… не совсем еще. Я вынудил его к союзу, но в любой момент мы можем снова стать заклятыми врагами.

- Мне жаль, - довольно странно, но я в самом деле испытывал к нему что-то вроде сочувствия. - А что твоя… жена? Доволен, что она нашлась?

Зачем я это у него спросил, и сам не знал. Павил немного помолчал, потом поморщился, словно от боли.

- Она… уехала с войсками в Цахир. Я отпустил ее, хоть и с тяжелым сердцем. Ты удивлен? Я сам, признаться, тоже.

Просто… не знаю, не сумел понять, как отношусь к ней после двадцати лет нескончаемой разлуки. Все это оказалось слишком сложным, Герберт, время нас изменило, и мы не в силах возместить друг другу то, что потеряли… Ладно, я жду тебя, мы выезжаем через час.

Он повернулся и ушел, а я почувствовал неловкость. Что-то случилось между ним и Сильвией, и боль его еще была сильна, а я неосторожно влез с бестактными вопросами и растревожил рану. Все так запуталось, и мои собственные чувства тоже.