Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

Но почему он там стоит и не походит ближе?

- Мальина, что это такое? Зачем ты позвала меня сюда? Решила с принцем поиграть, играй, дело твое. Но я тебе зачем?

- Вил, подожди, не уходи. Попробуй просто посмотреть, поверь, тебе это необходимо. Сколько уже обходишься без телесных наслаждений? Рабынь не хочешь, так быть может, этот раб окажется как раз? Совсем немного подожди, я подготовлю это тельце для тебя, останется лишь поиметь его и превратить в свою подстилку. Это его сломает, точно говорю, такие говнюки, как он, боятся уронить достоинство мужчины. Но стоит разодрать им зад, становятся послушными и милыми, как сучки в течку, лижущие член самца…

- Маль, ты сошла с ума. Я сроду не хотел мужчину и не настолько голоден, чтобы втыкать в вонючий зад и пачкаться в дерьме.

- Там чисто, Вил, - хихикнула стерва, - я приказала влить ему две полные клизмы душистой воды. Все испражнения вышли с водой, и наш Або благоухает чистотой, снаружи и внутри! А мужика попробовать хоть раз совсем неплохо, ты же ханаец, черт возьми!

Ну, тварь! Вот для чего мне сделали те очищающие процедуры, а я, дурак, подумал о другом…

- Сядь, Вил, сюда, сядь и смотри, - продолжала ворковать ханайка, - пока я забавляюсь с ним, ты загоришься и захочешь поиметь упрямца! Я и его дружка заставлю встать, мои приемы безотказны, я много раз проделывала это с мужиками, и каждый раз они сгорали от желания отдаться господину. Смотри и слушай, как Або будет стонать, как у него будет твердеть фаллос и наливаться кровью!

- Черт бы тебя побрал, - пробормотал Павил, но не ушел. Я слышал, как он сел, под ним надсадно скрипнул стул. - Как ты додумалась до этого, Мальина?

- Я не люблю, когда ты ходишь хмурый, - ответила она. - А хмурый ты из-за Або. Он ведь не подчинился до сих пор. Надо помочь тебе его сломать. Телесное насилие - проверенный и самый верный способ. Сейчас гордец завоет и начнет стонать, потом ты сможешь делать с ним все, чего захочешь.

Она нагнулась надо мной и провела ладонью по спине. Наверно, это называется дразняще, но я почувствовал лишь раздражение и гнев. Хотелось скинуть руки девки, еще сильней хотелось их сломать, сначала пальцы, наслаждаясь криками, потом запястье, а потом и локоть… Зараза, тварь, я ненавижу всей душой! Но в гневе мало проку, если ты привязан, и мне осталось лишь хрипеть.

Мальина издевательски прошлась ладонями по всей спине и ухватила ягодицы, раздвигая сквозь штаны. Потом я услыхал ее довольный смех и лязг вынимаемого из ножен кинжала. Хочет еще и кровь пустить? Что ж, даже лучше, боль отвлечет меня от унижений и стыда… однако тварь только разрезала на мне одежду. Прохладный воздух прикоснулся к обнаженной коже, и я немедленно покрылся мурашками.