Я проснусь

– Посидим в кафе на набережной? – Беру его за руку.

Не хочется так сразу домой. Никуда не торопясь идем по улице. Мне необходимы эти минуты. Замедлиться. И спокойно подумать.

Харшшад следует за нами в некотором отдалении. Сегодня Шан не отпускает его.

– Шасс пытался заставить тебя продолжить работу?

– Знаешь, он умеет быть убедительным, – невесело улыбаюсь я.

В ресторанчике с локальной кухней выбираем столики, располагающиеся на набережной реки. Капитан кшатри находит место за соседним столом, в метрах пяти от нас.

Из сотрудников в этом кафе человек только шеф-повар.

Блюда почти полностью готовят робо-повара, но благодаря шефу-человеку, здесь всегда очень вкусно. Еда заказывается через планшет, а доставляют ее к столикам боты на моноколесе.

– И о чем говорил Анишшасс? – пытается разузнать Шан.

Не особо-то я хотела сообщать об этом. Но скрывать ничего не стану.

– Взывал к моей жалости и обрисовывал печальные перспективы будущего, если наше дело провалится. При моем уходе, и автоматически твоем тоже, – усмехаюсь я, принимаясь за еду.

Явственно слышу, как муж скрипнул зубами:

– Я не хотел, чтобы он давил на тебя.

Поворачиваю голову на шум.

Поблизости рассаживается большая семья. Пожилая пара, и молодые мужчина и женщина, с тремя детьми. Те смеются, облепили бабушку, что-то ей объясняют и непроизвольно притягивают к себе внимание.

Глядя на них, хочется улыбаться. Наглядная жизненная иллюстрация того, как оно бывает. У других.

Я залпом выпиваю стакан минеральной воды, ощущая внезапную сухость в горле.

– Как раз об этом он и говорил, Шан, – потухшим голосом тихо произношу я.

 – Когда мы захотим стать родителями, если Договора не будет, нам придется уехать. Скрытно или придется врать, а потом мы должны будем снова исчезнуть, не исключено, что мне придется сымитировать свою гибель и уже навсегда. Я не смогу ничего рассказать папе, он никогда не увидит внуков и снова потеряет меня.

С грустью смотрю на мужа.

– Да, Рай. Анишшасс тебе описал весьма вероятную цепочку событий, – не опровергает он слова брата. Даже если ему и хочется сказать мне иное.

– Значит и смысла раздумывать нет. Мы остаемся.

 – принимаю я окончательное решение.

Шанриасс пристально смотрит, оценивает:

– Ты уверена? – И на мой утвердительный кивок продолжает, – Для нас участие не должно быть опасным. Признаю́, с убийством Управляющего я напрягся. Но Зольцберга убили, потому что он знал слишком много и мы его активно взяли в оборот. Брат лично займется Занкоком и Аль-Амином. А за нами – съездить на Каптейн и проявить поддержку на голосовании от Джи.

Да, надеюсь так оно и есть. Геройствовать я не намеревалась.