Я тебе больно (СИ)

Здесь же деталей много, особенно предметов искусства. Очень много картин и фотографий. Наверное, это связано с профессией его мамы.

— И моя модель, которая так мне и не позвонила, — мягко улыбается женщина, взглянув за плечо сына прямо на меня.

Я неловко опускаю взгляд.

Действительно, не позвонила. Мне показалось это неправильным.

— Так это ты собираешься заниматься с Агатой?

— Да, — киваю, мазнув взглядом по спине босса.

Не знаю, почему я так нервничаю? Не съедят же меня здесь. Хотя, возможно, моё взвинченное состояние связано с самим Марселем Рустамовичем и с теми ощущениями, которые он во мне вызывает.

— Ужин уже на столе. Мы только вас ждали.

— О, спасибо. Я не хочу есть, — скромно отказываюсь.

На самом деле, мне очень неудобно сидеть за столом вместе со всеми, будто я член семьи.

— Она поест. Мы только с работы, — отрезает Багримов.

— Конечно-конечно. Асти, верно же? Я запомнила. Не стесняйся, проходи. Сейчас девочки спустяся. Аревик тоже у нас в гостях. Вы с ней ещё не знакомы?

Аревик это, видимо, та самая Рики, которая сестра Ахметова.

Они спускаются в столовую сразу, как только Яна о них упоминают. Причём Агата появляется с шумом и грохотом, а вот Аревик наоборот скромно заходит в просторное помещение и фиксирует на мне взгляд таких же разноцветных, как и у её брата, глаз.

— Ну, в общем, я ему сказала, что он не имеет права так себя вести, а он как обычно психанул. Мне кажется, это его постоянное состояние! — болтает Агата, а когда замечает меня, широко улыбается.

— Привет, Асти, я переживала, что вы с Марсом не доберётесь.

— Я тоже переживала, пока мы ехали, — киваю девушке, она тут же указывает рукой на Аревик.

— Это моя подруга, Рики. Сестра Ара. Рики, это Асти. Она согласилась мне помочь, чтобы утереть яйца твоему братцу.

— Агата Рустамовна! — громоподобный голос приковывает всеобщее внимание к зашедшему в столовую Багримову старшему."

"Я сразу вспоминаю своё первое впечатление о нём. Второе ничем не отличается. Глава семейства проходит к столу, мазнув по мне отстранённым взглядом, и сразу же недовольно смотрит на дочь, которая ничуть его не испугалась.

Агата как заяц подпрыгивает к отцу и целует в щёку.

— Прости, папочка. Просто он меня бесит.

— Это не означает, что можно говорить подобные вещи, тем более при гостях. К тому же, тут Аревик.

— Он, знаешь ли, ни при ком не смущается!

— Он это он. А ты это ты. Отвечай за себя.

Я замечаю, как Марсель Рустамович, севший за стол напротив меня, усмехается, подмигнув сестре, а та показывает ему язык и корчит рожу.

Агата даже в домашней одежде выглядит роскошно. Мягкий пастельно-розовый пуловер сочетается по цвету с жемчужными серёжками у неё в ушах. Джинсы на высокой талии отлично сидят, и на такой женственной фигуре смотрятся выигрышно.