Я тебе (не) подхожу (СИ)

Он горячий, но по коже бежит холодок, и я невольно передергиваю плечами.

Казалось бы, Алиса, живи себе спокойно, работай, но чувство тревоги не отпускает. Отчего-то меня мучит какое-то странное предчувствие. Ощущение, что грядет доброжелательный трындец.

Колокольчик над входной дверью в пекарню звенит очередной раз, и я поднимаю взгляд на посетителя.

Мамочки! Быстро хватаю рекламный буклет, что лежит на столе, разворачиваю и закрываю лицо.

— Эй, ты чего? — непонимающе шепчет Юля и пытается убрать буклет рукой.

— Тише ты, — шиплю я и снова его поднимаю. — Не оборачивайся.

Там Виктор Исаев!

Это какой-то злой рок. Как он мог оказаться тут в кофейне, а? Среди сотен заведений города выбрать именно это?

В такие совпадения я не верю. Неужели следил за мной? Но для чего? Внутренности сводит от волнения, и я мысленно стону.

И угораздило меня сесть лицом к входу! Слава богу, мы с Юлей выбрали дальний столик, в самом углу.

Я осторожненько приспускаю буклет, так, чтобы лица не было видно, но я сама могла видеть помещение, и слежу за Исаевым. Виктор о чем-то разговаривает с милой пухленькой брюнеткой-продавцом.

Через минуту он разворачивается со стаканчиком кофе в руках. Оглядывает столики. Внимательно так оглядывает. Может, ищет свободный? Я с изрядной долей злорадства подмечаю, что такой он не найдет, — все заняты.

А потом мое сердце пропускает пару ударов, потому что его взгляд падает прямо на меня.

Виктор смотрит на меня, и я цепенею. В этот момент желаю только одного: стать невидимой, испариться, исчезнуть. В крайнем случае мимикрировать под стену, что находится за моей спиной.

Мое лицо почти полностью скрыто дрожащим буклетом — дрожит, разумеется, не он сам, а мои руки.

Но я все равно начинаю паниковать. Что, если Виктор все-таки меня узнает, мы ведь виделись в отеле? Что он вообще здесь делает? Что ему нужно? Если и правда следит за мной, то для чего? Ох, сдается мне, он не просто поговорить хочет!

В мозгу всплывают фразы Назара о том, что я ему не подхожу, что он с такой, как я, никогда не будет. Нет, ни от него, ни тем более от его отца ничего хорошего ждать точно не приходится.

Меня бросает в жар. Вдруг он явился, чтобы забрать моего ребенка? Мне снилось это в кошмарах, правда, отбирал Назар.

Но какая разница, кто из них это сделает, суть одна. Мамочки!

Я боюсь пошевелиться, с ужасом смотрю на Виктора. Проходит секунда, вторая, и вдруг он хлопает свободной рукой по карману куртки, лезет туда и достает мобильный.

Но главное — он больше на меня не смотрит!

Что это, краткая передышка или можно наконец-то расслабиться? Виктор хмурится, отрывисто бросает что-то в трубку, убирает ее обратно и… размашистым шагом идет к выходу. Мгновение, и дверь за ним закрывается.