Я тебе (не) подхожу (СИ)

— Что вы здесь делаете? — напряженно интересуется тетя.

Я машинально оглядываюсь, убираю зонт, приседаю и перебегаю к соседней машине, так, чтобы меня не было видно. Отлично, теперь смогу все слышать и подглядывать. Юля присаживается на корточки рядом, и мы замираем.

Главное, чтобы разговор не затянулся и тетя не догадалась пригласить Исаева к нам. Вот это будет номер!

— Здравствуйте, Марина, нам нужно поговорить.

— О как, вы уже и имя мое знаете. Не стану спрашивать откуда, — подбоченивается тетя. — Впрочем, смело можете забывать. Нам не о чем разговаривать. Разрешите пройти?

— Марина, нам о многом надо поговорить.

В первую очередь о ребенке, которого ждет Алиса. О моем внуке.

Молчание затягивается, и я начинаю психовать. Почему тетя молчит?

И в тот момент, когда я уже сама готова встать из-за машины и отправить Исаева куда подальше, она наконец подает голос:

— Я… Виктор, не знаю, как вас по батюшке, я бы хотела перед вами извиниться.

— За что? — синхронно интересуемся мы оба. Правда, Исаев вслух, а я про себя.

— Право слово, мне теперь очень неудобно перед вами, — тянет тетя, — но… Нам действительно не о чем разговаривать.

Алиса ждет ребенка не от Назара.

— Но вы ведь сказали…

— Я знаю, что я сказала. — В ее голосе снова стальные нотки. — Ошиблась. Точнее, думала, что ребенок от Назара, но практически сразу после нашего разговора выяснилось, что это не так.

— Я вам не верю.

Мне не нужно видеть Исаева, чтобы понять, что он шокирован.

— Можете сделать ДНК-тест, если хотите. Но в этом правда нет нужды. Виктор, ну подумайте сами. Я более чем уверена, что вы уже выяснили подноготную о нас.

Тот кивает.

— Ну вот. Если бы ребенок был от Назара, я бы первая пришла к нему или к вам за помощью и деньгами.

Виктор молчит, и тетя добавляет:

— В общем, мне и без того неловко, что все так вышло. Давайте уже разойдемся с миром и забудем о первой встрече. И об этой, кстати, тоже. Простите, что отняли у вас время. Теперь можно пройти?

Исаев мнется, но в итоге бросает:

— Проходите.

Тетя заходит в подъезд.

Проходит еще несколько минут, прежде чем он наконец отмирает и уходит туда, откуда пришел.

Я вскакиваю на ноги, и из груди рвется радостный вопль. Ну и пусть ноги затекли, пусть руки замерзли.

Мне хочется ликовать.

Наконец-то Исаевы оставят нас в покое!

Глава 32

Назар

Стрелки часов на стене двигаются издевательски медленно. Тик-так. Тик-так.

По этой же стене ползет игривый солнечный зайчик из окна. Везет ему, я не могу даже этого.

Зато могу лежать пнем — в этом я теперь мастак.

Мне нет покоя днем. Но если бы только днем… Я постоянно просыпаюсь по ночам в поту и болезненно морщусь. Сердце сжимает мучительными спазмами, а мозг снова подсовывает воспоминания о том, что я сделал. И снова. И снова.