Я тебя (не) забуду (СИ)
Ваня медленно склоняется ко мне. Между нашими лицами остается всего сантиметр. Чувствую его горячее дыхание на своих губах. Безумно хочу узнать его вкус. Но мне нельзя. У Вани явно сгорели все предохранители. Он готов сделать последний рывок, но я кладу палец на его губы. — Не надо, Ваня. Решительно отталкиваю его. Быстрым шагом иду к подъезду. Уже открываю дверь специальным ключом, но мне не дают сделать спасительный шаг в подъезд. Ваня тянет к себе за руку и прижимает своим телом к стене. — Почему? — спрашивает он. — Ты же чувствуешь, что между нами что-то происходит. — Чувствую. Но если мы не остановимся, это будет неправильно по отношению к Маше. — Ты всегда поступаешь правильно? — хрипло спрашивает парень. Я грустно улыбаюсь.
— И удавил бы, — смеется дедушка.
— Вот и я о том же. Прихожу к ней, стучу в окно комнаты, а они тогда на первом этаже жили. Она вышла, фурия прям. А я пьяный, но уже тогда влюбленный в нее по уши. Сказал, что не уйду. На коврике под ее дверью буду сидеть. Сжалилась. Пошла домой, сварила крепкий кофе. Сидела со мной на скамейке, а я все рассказывал что-то.
— Про армию, естественно, — говорит мама, ставя передо мной кружку с ароматным кофе. Благодарно ей улыбаюсь. — Только после 4 кружки его отпустило. Стал похож на человека. А уходить не хотел.
— Ага. Согласился уйти только за поцелуй.
— Шантажист.
— Ой, да ты особо не сопротивлялась, — смеется папа. Мама тут же краснеет.
— Я почему-то думала, что у вас была любовь с первого взгляда, — говорит Елена Михайловна. Папа хмыкает.
— Да меня жена терпеть не могла.
— Потому что ты тогда ни одну юбку не пропускал. Кто ж тут поверит, что в меня ты влюбился прям по-настоящему?
— А я влюбился. Увидел и пропал, — у папы даже глаза загорелись, когда он это вспоминает. А я смотрю на Алису. Чем-то наша с ней история похожа с родителями. — И до сих пор пропадаю. Столько лет прошло, а я ее одну люблю.
— А когда все изменилось? — спрашивает Игорь. Все, оказывается, внимательно слушали историю родителей. Папа всегда умел завладеть вниманием людей.
— Я тогда шла с тренировки по гимнастике. Было поздно. Темно. За мной увязалась компания парней, хотели познакомиться, начали шуточки пошлые отпускать.
— Отморозки, в общем, — говорит папа. — Я тогда рядом был, случайно вспомнил, что у Наты тренировка, пошел навстречу ей. Вовремя оказался рядом. Раскидал этих уродов, но сам пиздюлей получил знатных.
Мы тут же смеемся. Мама подходит к папе и целует его в щеку.
— Мой герой, — говорит она. — Пришлось мне потом ухаживать за моим спасителем. А за спасение он потребовал выйти за него замуж.
— Классно как, — тянет Алиса. — Хоть книгу пиши по вашей истории.
— Слышала, солнышко, — шепчу ей на ухо, — я весь в папу.
— Яблоко от яблони… — соглашается она и улыбается.
Глава 16. Алиса
История тети Наташи и дяди Миши наталкивает на мысль, что она чем-то похожа на нашу с Ваней историю. Оказывается, такой примерный семьянин в прошлом был тем еще повесой. И смог же измениться ради одной, единственной. У Вани все сложнее. Первая попытка остепениться закончилась неудачно. Маша выбрала не личное счастье с любимым человеком, а карьеру и стабильное будущее. Я до сих пор, как и все мы, в принципе, не могла понять ее поступка. Если ты любишь человека, как можно так просто отказаться от него и уехать? Не поговорив, не обсудив ничего. Она поставила Ваню перед фактом, не дав надежды.
















