Я тебя ненавижу

Мы сидели лицом к лицу, и взгляд мамы хаотично блуждал по мне.

– Да не молчи ты. Что стряслось?

– Мам, я переспала с Тархановым.

Она склонила голову набок.

– Так… – спокойно произнесла она. – Это все?

Я покачала головой, опустив ее.

– В общем, я тебя обманула. Когда я ночевала у Таськи, мы были у Эмиля на вечеринке. Там это и случилось.

– То, что обманула, это плохо, Поль. Я бы не запрещала, ты уже большая девочка. Вот только уходя на вечеринку или в другое место, ты должна сообщать мне, куда и с кем направляешься. Чтобы в случае, если что-то случится, я знала, где тебя искать. Элементарная мера безопасности.

– Прости, мам. Но это не все. – Я тяжело вздохнула. – Эмиль выложил мою полуобнаженную фотографию в интернет. Точнее, не выложил, а разослал своим друзьям.

Мама как будто перестала дышать. Она замерла на мгновение, как и ее рука, накрывшая секундой ранее мою ладонь. Ровно перед признанием.

– Что значит – полуобнаженную? – севшим голосом спросила она.

Я сглотнула ком в горле.

– Я лежала на его кровати в одних трусиках. Вот такую он меня сфотографировал.

– С голой… – мама подняла руки к груди и очертила в воздухе два круга, – грудью?

– Да, – ответила я.

– Ох, Поля, – выдохнула мама и облокотилась на спинку дивана. – Как ты это позволила?

– Мам, я тогда выпила. Ты же знаешь, как на меня действует алкоголь.

– А ты, Полина? Ты знаешь? – резко спросила она.

– Знаю.

– Тогда почему сделала это? Ты ведь должна была понимать последствия своего безрассудного поступка. Почему допустила это?

– Мамочка, прости…

– Поля, да мне плевать на все это! Но ты должна была подумать о своем будущем! О репутации! Я же тебя не так воспитывала!

Она вскочила на ноги и вышла, я дернулась, услышав, как хлопнула дверь в ее спальню, а потом уронила лицо в ладони. Слез уже не было, я выплакала все, сидя на полу у входной двери сразу по возвращении. Через пять минут мама вернулась с аптечкой в руках и опустилась рядом. Открыла крышку и протянула ко мне руку.

– Давай. Наверняка ладонь нормально не обработала. Где тебя так угораздило? – спросила она, аккуратно отрывая пластырь.

– Сбегала от Тарханова.

Мама бросила на меня быстрый взгляд.

– Когда?

– Сегодня.

Я вкратце рассказала маме о своем непростом возвращении домой.

– Почему ты не захотела его выслушать?

– Потому что я ему не верю.

– А вдруг и правда не он отправил?

– Мам, он сделал снимки, этого достаточно. К тому же, он бабник и гуляка, а таким веры быть не может.

– Ох, Поля… Что думаешь делать дальше?

– Переводиться в другой универ.

Я снова зашипела, когда мама полила раны перекисью.

– Боишься, что не сможешь смотреть в глаза другим студентам?

– Не хочу смотреть, мам. Не хочу быть одной из… для Эмиля. Слишком уж там длинная вереница поклонниц.