Я тебя ненавижу

– Мое появление на твоей помолвке должно было стать сигналом к отмене. Если ты этого не понял, то оказался тупее, чем я думала.

Едва эти слова слетели с моих губ, как за секунду я оказалась прижата к двери, а рука Эмиля сжимала мою шею. Не больно, без удушья, но заставляя меня испугаться. Его темные глаза впились в мои тяжелым взглядом. Черты лица обострились, и губы сжались в тонкую линию.

– Я не привык посвящать девушек в свои дела, Полина. Но если бы ты мне доверяла, то поняла бы, почему я пошел на этот шаг.

– Так поделись со мной! Если в твоих действиях я должна угадать какие-то рыцарские поступки, тогда расскажи мне, чтобы я поверила! Пока ты корчишь из себя альфа-самца и при этом обручаешься с другой, не жди от меня доверия.

– Я обещал тебе, что вырву ноги тому, кто сунется к тебе. И не привык бросать слова на ветер, – процедил он, мягко отталкивая меня от двери и хватаясь за ручку.

До меня внезапно дошло, что он в таком состоянии поедет к Раевскому, и черт его знает, что произойдет дальше. Поэтому снова навалилась на дверь.

– Не смей его трогать.

– Защищаешь?

– Да. И буду защищать. Он не виноват в том, что ты подонок.

– Легла под него?! – прорычал он. – Раздвинула ноги перед Раевским?!

Я замахнулась и влепила Эмилю звонкую пощечину, а потом попыталась сделать то же самое второй рукой, но он перехватил оба запястья и прижал их к двери у меня над головой. Наклонился ко мне очень близко и медленно – практически по слогам – произнес у моих губ:

– Это был последний раз, когда я позволил тебе безнаказанно ударить меня. И только по той причине, что ты не знаешь всего, а поэтому у тебя есть повод злиться. Поверь мне, Полина, мое терпение не безгранично. То, что ты позволяешь себе с другими парнями, со мной не работает.

– А чего ты ждешь? Что я буду кроткой, как твоя невеста? Не на ту напал, Тарханов."

"– Блядь, я бы тебя сейчас разорвал, веришь?

– Задницу себе разорви, больше пользы будет.

Эмиль замахнулся и резко опустил ладонь рядом с моей головой, заставив меня дернуться и зажмуриться.

– Хватит дерзить мне! – выкрикнул он в лицо.

– Пошел вон, – тихо произнесла я севшим голосом. – Исчезни из моей жизни. Ненавижу тебя и все, что с тобой связано. И запомни раз и навсегда: я никогда не буду с тем, кто меня пугает. Не буду с тем, кто не уважает меня и мои желания. И если тронешь Раевского, я заявлю на тебя в полицию, понял? А теперь пошел вон. Не хочу тебя видеть.

Я смотрела на то, как раздувались ноздри, и тяжело двигалась грудная клетка Тарханова, когда он еще несколько секунд простоял молча в том же положении, а потом сделал шаг назад. Я повернулась, открыла дверь и следила за тем, как он молча выходил из моей квартиры. Как только он покинул ее, я сползла по двери на пол и заплакала.