Я тебя отвоюю

"

"Коснулся губами лба, отпустил, вернулся к плите, с шумным треском переворачивая схватившееся корочкой за время их разговора мясо, Даша же еще с минуту стояла, напрочь позабыв о доске и сыре. Смотрела на него и улыбалась.

— Что? — Стас, конечно же, заметил этот взгляд. Посмотрел в ответ.

— Люблю тебя.

Усмехнулся, кивнул, протянул к ней свободную руку, дождался, пока вложит свою, дернул на себя, вжал в бок, потянулся к губам.

— Это хорошо, Дашка. Это ты правильно.

И привычно уже не признался в любви в ответ.

Потому что не нужно, на самом-то деле.

Глава 24

Надеяться на то, что Дина до самого развода ничего так и не узнает, было сродни вере в Деда Мороза, когда тебе уже далеко за…

Поэтому иногда, в минуты задумчивости, Даша размышляла о том, как это произойдет — от кого все еще Волошина узнает, что ее муж «закрутил роман на стороне», и что будет делать.

Спрашивать у Стаса, что думает по этому поводу он, было и страшно, и больно. Ему все никак не удавалось свести свои эмоции касательно жены на нет, а сознательно волновать его Даша ни в жизни не стала бы.

Поэтому прокручивала варианты исключительно в своей голове. И каждый раз приходила к выводу, что она-то, вероятно, и вовсе об этом моменте не узнает. Стас в привычной своей манере оставит все за порогом — входной или балконной двери. И в такой же привычной манере разбираться будет сам. Это не обижало Дашу, как женщину (ведь такая модель поведения была максимально мужской), но вот как партнера, чувствовавшего свою ответственность за все, что они творят вдвоем, это Дашу царапало.

У них не было общего штампа в паспорте, не было брачного договора, не было даже ясных перспектив, но Даша впервые в жизни чувствовала связь такой силы и небывалую ответственность за то, чтобы эту связь сохранить, а лучше — укрепить до достижимого максимума.

Каждый раз вздрагивала, когда телефон Стаса издавал хоть какие-то звуки, выдыхала, если Волошин брал трубку и говорил с кем-то по работе или о чем-то своем с родителями.

А вот когда смотрел на экран, хмурился, выходил… Иногда начинала злиться до состояния, когда костяшки белели из-за силы, с которой сжимались кулаки, скулы сводило от давления зубных рядов друг на друга, а в голове взрывались фейерверками вспышки ярости и желания… Огромного желания зайти на балкон, забрать из его рук телефон и высказать ей в трубку все, что Даша думала.