Я тебя рисую

Глупец, который поверил, что может быть по-другому, что в ее глазах я когда-нибудь увижу то, что мне так нужно, то, чего я так желаю.

Разорвал цепи и рванул к стене, бил кулаками по камням, снова и снова, не чувствуя боли. Орал что-то… Лязганье оружия заставило меня остановиться. Драконье пламя! К стражам я поворачивался с такой предвкушающей улыбкой, что они попятились, столпились в узком проходе этого каменного мешка. Оказывается, металлическими цепями можно орудовать не хуже, чем плетьми. Даже лучше. Бьет мощнее и жестче, только слишком тесно, не развернуться.

Что-то происходит во мне.

Странная сила рождается внутри от моей ярости, это не привычный огонь, это что-то новое, еще не изведанное, дикое и почти неконтролируемое. Что-то похожее я чувствовал в первую ночь с Евой – ощущение жизни до кончиков пальцев, необузданность, рвущуюся изнутри.

В коридоре лучников не было, слишком тесно, можно задеть своих. Азарт битвы будоражил мне кровь, пробуждал все мои дикие звериные инстинкты. Тело двигалось легко, привычно, словно и не было нескольких дней в сыром подземелье, словно я не умирал, избитый до полусмерти. Прыжок, пропускаю клинок, отклоняюсь, разворот и удар цепью.

Дергаю обратно, принимаю сталь на металлические браслеты, что все еще на моих руках. Разворот, пригнуться, удар. Перешагнуть через упавшего стража и сразу откинуть следующего. Задавить численностью в этом коридоре они не могли – слишком узко, нападали по двое, так что к выходу я пробивался вполне спокойно. Кто-то все-таки достал меня клинком, сталь прочертила на боку линию. Воин усмехнулся, и тут же глаза его изумленно округлились. Я покосился на свой бок, не останавливаясь и отражая удары. В линии разреза пылал огонь, словно вместо крови у меня было жидкое пламя. Но размышлять об этом было некогда.

Я чувствовал запах Евы. Где-то наверху. И я пробивался туда, не задумываясь. Пока не думал, что сделаю с ней, когда доберусь… Сосредоточился на движениях, ярость – плохой советчик в битве. Цепи давно намотал на руки и орудовал теперь отобранными клинками.

Прыжок, удар, разворот.

На галерею пробился, оставив за спиной тех, кто пытался меня остановить… И сразу чуть не получил стрелу в грудь, только и успел пригнуться. Но, конечно, лучник был не один, а десяток, и все спустили тетивы разом.

Пригнуться, отклониться, отпрыгнуть, понимая, что их слишком много… блестящий наконечник ударил в грудь, и, со звоном отскочив, стрела упала на каменный пол."

"– Что за… – выругался лучник.

Я тоже посмотрел на стрелы, что лежали вокруг меня. Как минимум три из них точно достигли цели. Но ран я не чувствовал. Хотя так бывает в азарте битвы, боль приходит потом… Командир лучников смотрел на меня изумленно, да и на других лицах Первородных я увидел неверие. И еще – ужас.