Я тебя у него заберу

Вот он мой кислород. До хруста сжимает мою талию и как будто этими пьяными поцелуями доказывает и себе, и мне, что я, наконец, только его.

Оторвавшись, долго смотрит в глаза, а потом стирает большими пальцами слезы с моих щек.

— Поехали. Не хочу больше оставаться в этом доме.

На то, чтобы дособирать чемодан, у меня уходит пять минут. Мы спускаемся вниз. Давид ждет на улице. Проходя к двери, я останавливаюсь, чтобы в последний раз взглянуть на отца. Боль в сердце усиливается.

— Я люблю вас!

Пусть они знают это.

Демьян, поравнявшись со мной, вдруг произносит:

— Знайте, двери в НАШ дом всегда будут для вас открыты!

Мне хочется снова прижаться к его груди и бесконечно благодарить.

Несмотря на все то, через что нам приходится проходить, он знает, что я никогда не отвернусь от своей семьи, даже если они это сделали сами.

Мы выходим на улицу, где курит Давид. Брат крепко обнимает меня и целует в висок.

— На свадьбу позовешь?

Киваю, глубоко благодарная ему за поддержку."

"— Спасибо тебе! Не представляю, как ты теперь будешь…

— Все в порядке, Мариам. Я разберусь.

— Дава… — окликает Демьян и протягивает руку. Давид, качнув головой, пожимает ее, а потом они, отбросив все преграды и условности, крепко обнимаются и хлопают друг друга по спинам.

— Забирай ее уже и сделай счастливой!

Демьян, спрятав чемодан в багажнике, притягивает меня к себе за талию и помогает сесть в машину. Бросаю последний взгляд на родной дом, но странным образом не испытываю чувства потери. Тоски — да. Но чувствуя, как мои пальцы снова сжимает Демьян, я почему-то уверена, что впереди меня ждет другая жизнь. Настоящая. Моя.

Глава 56

Всю дорогу до аэропорта Демьян не выпускал моей руки.

Мне хотелось расспросить у него обо всем, узнать как он, что делал все это время. Объяснить, почему я сама так поступила, почему не звонила. Желание таять в его объятиях казалось чрезмерным, но я просто положила голову на родное плечо и позволила себе впервые за долгое время расслабиться. Он рядом, а больше мне ничего не нужно.

В аэропорту мы купили билеты. До отлета было несколько часов в запасе.

— Пойдем, поедим, — Демьян снова обхватывает мою руку и ведет за собой.

Только когда передо мной оказывается чашка капучино, сэндвич и пирожное, мой желудок судорожно сжимается.

Впервые за долгое время голод дает о себе знать.

Мой внешний вид, вероятно, красноречивее слов, поэтому Демьян столько всего заказал.

Он и сам довольно быстро расправляется с обедом, думаю, ел в последний раз еще перед тем, как сюда прилететь. Я же использую свое право на то, чтобы смотреть, как он ест, жадно наблюдать за каждым его действием, даже банально за тем, как отпивает эспрессо из чашки и встречается со мной глазами, кивком указывая на тарелку.

Как же я по нему соскучилась.