Я тебя верну

Заодно познакомимся ближе, чтобы моя любимая жена успокоилась.

И я сел. Рядом со своей Колючкой, которая была напряжена как струна, тронь только и зазвенит вся. Передо мной поставили кружку с дымящимся чаем и потек наш разговор уже более спокойно.

Только Мира все не расслаблялась. Я аккуратно опустил свою руку под стол и нежно погладил ее по ножке. Хотел сделать это незаметно, но моя нервная девочка подпрыгнула на месте от моего прикосновения и посмотрела на меня уже разъяренной кошкой. Ну хоть какие-то эмоции появились на ее красивом личике. Я же только подмигнул ей.

— Так значит ты и есть тот парень, на которого я не разрешала смотреть моей девочке первого сентября. — от неожиданных слов Ирины Ивановны я даже чаем чуть не подавился.

— А вы запрещали Мире смотреть на меня? — сделать обиженное лицо не вышло, потому что Геннадий Викторович опять начинал прыскать от смеха.

— А ты как думал?! — отвечать эта уникальная женщина мне, — Я же люблю свою дочь и уж очень не хотела, чтобы какой-то избалованный мажор испортил жизнь моему ребенку!

— Неожиданно. — меня все таки удалось удивить еще сильнее, чем до этого.

 — Ну насчет мажора — я пожалуй соглашусь с вами, а вот избалованный — тут я поспорю. — мама Миры сразу стала более серьезной, но не перебивала. — Поверьте, меня не баловали, как многих моих друзей… Просто поверьте!

— Максим, я не хотела тебя обидеть. — теперь уже удивление и уважение отражались в моих глазах к женщине, которая смогла так тонко прочувствовать настроение разговора. — Я просто хочу, чтобы каждый из наших детей был счастлив. Каждый! Для родителей это очень важно, понимаешь? — я же не мог понять того, что мне говорили.

Мне на руку легла рука Миры, тем самым привлекая внимание.

Она так внимательно заглянула в глаза, как будто в душу смотрела. Хотя моя Колючка и так знала, что там твориться. Только она и могла меня спасти из этого всего дерьма, но в нашей ситуации спасать придется мне, жертвуя всем ради нее, зарывая себя по самое не могу!

— Я понимаю вас Ирина Ивановна. — ответил охрипшим голосом.

— Ириш, не трогай детей. — тихо сказал Геннадий Викторович, — Они сами разберутся. Главное чтобы дров не наломали и разбирались со всем, что происходит у них в жизни вместе.

 — этот мужчина меня удивил еще в первую встречу, но сейчас я видел перед собой по-настоящему любящего человека, который ради своей семьи и любимой женщины пойдет на все. Будет биться до последнего, но и на шаг не отступит.

Мы еще посидели за столом, после чего нас отправили в зал на диван, а Ирина Ивановна принялась за ужин. Мира напросилась в помощники, нам же с Геннадием Викторовичем пришлось выйти, а то наши женщины нас бы просто вытолкали.

Уже сидя перед телевизором, разговор зашел абсолютно о другом.