Я тебя верну
На что способна первая любовь? А если эта любовь таит за собой секреты прошлого и эти секреты настолько страшны, что спрятаны за семью замками? А может, эта любовь сможет всё изменить? Может, она вернёт всё и даже больше? Мира и Макс вообще не должны были быть вместе, но что-то в этом мире пошло не так. Не по ранее запланированному плану отца Макса. Но ведь любовь уже случилась. Яркая! Живая! Невероятная! Заставляющая менять себя, выкручивать наизнанку, бороться до конца. Только чего будет стоить нашим героям эта война, когда соперник сильнее изначально…
Машина влетает в огромный сугроб на обочине и от удара у меня перехватывает дыхание. На пару секунд я теряюсь от боли в груди. Но спасибо некачественной сборке, иначе если бы сработала подушка безопасности, я бы уже потеряла сознание. Я руками пытаюсь оттянуть ремень и понимаю, что боль не только в груди, но и голова болит. Мозг уже начинает усиленно работать, хотя ориентация еще потеряна. Сзади плачет Яроша и это приводит в чувства намного быстрее.
Дверь резко открывается и меня дергают из машины за руку. От рывка я взвыла, потому что пристегнута, и просто так не вытащить меня. Боковым зрение замечаю, что кто-то пытается открыть и заднюю дверь при этом матерясь.
Меня накрывает ужасом. Мой сын! Его хотят забрать!
— Быстро разблокирую дверь! — орет мужской голос, — Сейчас эти подъедут мы не успеем.
Что там говорила мама? Биться до последнего. Хорошо! В руке телефон и я замахиваюсь им для удара. Тот кто хватал меня за руку и пытался достать до кнопок разблокировки двери от неожиданности падает на спину. Я быстро отстегиваю ремень и выставив ноги из машины бью ногами. Нападающий отлетает еще дальше. Выскакиваю из машины и нападаю на второго, который еще пытается открыть дверь со стороны сына. Просто прыгаю сверху и начинаю бить по голове.
Меня скидывают с себя. От удара о землю я опять теряюсь, но сообразив делаю удар ногами, подсечки, от которой второй падает и со всего маху бьется головой о водительскую дверь головой.
Встаю и пытаюсь забраться в машину. Яроша плачет навзрыд. Достаю его со стороны пассажирской двери, начинаю успокаивать. От того что сын не перестает плакать, я пропускаю, что сзади кто-то подходит. И только оседая на землю в затуманенные от удара мысли приходит понимание, что если с Ярошей что-то случится я не переживу этого. Лучше не жить!
Глава 42
Что-то противно жужжало и не давало мне досмотреть сон. Я попыталась махнуть рукой, чтобы нащупать, скорее всего телефон, но резкая боль остановила меня и заставила застонать. И тут на меня лавиной обрушились воспоминания.
Я резко открыла глаза, но яркий свет заставил меня поморщиться, а от этого заболел висок. Я подняла руку, потрогав его, поняла что умения пластырь на голове, а через него прощупывается швы.
Вторая попытка открыть глаза увенчалась большим успехом. Сфокусировав свое зрение, я начала осматриваться, так как срочно нужно было понять где я и искать сына. Я начала подниматься на локтях, но меня придавили назад.
— Не вставай.
— Мама. — прохрипела я и слезы побежали из глаз, потому что у нее на руках спал Яроша.
Я же начала плакать. Закусывала кулак, чтобы не рыдать в голос, потому что не могла остановиться. А рядом плакала мама, прижимая внука к себе еще крепче.
— Я сейчас позову врача, пусть тебе сделают укол успокоительного.

















