Я тебя ждал

Забываю, что нужно дышать, как дышать, когда чувствует прикосновение головки к своей возбуждённой плоти. Андрей все так же неторопливо продолжает свое движение, ведя руками все выше, и член, плавно раздвигая нежные складки, легко скользит внутрь, проникая внутрь нестерпимо медленно, миллиметр за миллиметром.

Это парень сестры!

Плевать…

Ладони добираются до груди, нежно обхватывают, гладят налитые, твердые соски. Его таз все так же медленно сближается с бедрами, пока он, наконец, не входит на всю длину, прижимаясь ко мне. Замирает на секунду и отстраняется, полностью выходя, проводит головкой по клитору, раскрытым губкам и снова медленно входит, растягивая, заполняя собой пустоту.

Уже словно в хмельном дурмане раздвигаю ноги шире, еще больше открываясь ему навстречу.

Андрей начинает ритмично двигаться, отбросив в сторону нежности, с каждым движением наращивая темп. И вскоре начинает просто размашисто трахать, резко входя на всю длину. Крепкие пальцы с силой впиваются в бедра, когда он рывком, дергает, с силой насаживая на себя.

Уже не думая о том, что сестра может услышать, стону в голос, умоляя не останавливаться, подмахивая, желая принять его в себя как можно глубже. Каждый толчок обжигает внутри, разливаясь по венам сладкой болью.

Предбанник наполняю характерные звуки, шлепки мужского лобка о женские ягодицы, хриплое дыхание, стоны, липкие, тягучие, по-звериному обнаженные.

Его рука накрыла промежность и требовательные пальцы мягко, но настойчиво начали поглаживать чувствительный бугорок, массируя, надавливая, приближая к острой развязке.

Бьюсь под ним, зажимая рот руками, чтобы сдержать крик, рвущийся из груди, когда накатывает первая обжигающая волна.

Он не останавливается, еще крепче сжимает мои бедра, продолжая вколачиваться в податливое тело, безумно реагирующее на каждое движение, истекающее, полыхающее в нескончаемом экстазе. Теряю связь с реальностью, чувствую только его. Каждый миллиметр его члена, двигающегося во мне, каждую набухшую вену.

Единственным ориентиром, не дающим окончательно раствориться в чувственном безумии, стали его глаза. Он, не отрываясь, смотрел на меня, прямо в глаза, в душу. Странный контраст отзывается тревогой внутри. Отрешённое, без единой эмоций лицо, и пронзительный, вспарывающий вены, взгляд серых глаз. Диссонанс, затрагивающий непонятные струны, о котором забываю, когда очередная волна острого наслаждения заставляет тело выгибаться, сотрясаясь крупной дрожью.

Глава 3

С трудом приоткрыв глаза, осмотрела по сторонам. Моя комната, моя постель. Судя по свету, льющемуся из окна – на дворе утро, причем не раннее. Сколько не силилась, не могла вспомнить, как здесь оказалась.