Я тебя ждал

Нормально выгляжу! После бутылки на опухшую кикимору была бы похожа— с осоловевшим взглядом и синими мешками под глазами, а тут все в порядке. Ничего не понимаю. Я вообще ничего больше не понимаю. И не помню. Где я взяла эту бутылку? Когда успела подарить? Когда пила? С кем?

– Ну, где ты там? – слышу недовольный голос Арины и, бросив последний взгляд в зеркало, торопливо иду к ней, на кухню.

Залетев туда, остановилась, как вкопанная, изумленно хлопая глазами.

Никого! Здесь никого нет.

Сердце испуганно подскочило и заметалось в груди. Опять! Опять начинается!

Снова накрывает непреодолимым желанием оказаться в своей комнате, поэтому, уже не пытаясь ни в чем разобраться, не пытаясь найти сестру, выскакиваю в коридор.

Бегу к лестнице, но, споткнувшись, притормаживаю у дверей в гостиную.

Риша сидит там, как ни в чем не бывало, пьет кофе и смотрит на меня. Я подозрительно всматриваюсь в ответ пытаясь увидеть…сама не знаю что.

– Сколько носиться можно? Я уже все давно налила, остывает! – кивнула в сторону двух кружек, стоявших на столике и тарелку с бутербродами.

– Я… – переступаю с ноги на ногу, не в силах справится с волнением.

Мне плохо, я окончательно потерялась, запуталась.

Уже не понимая, что творю, направляюсь к сестре и осторожно присаживаюсь рядом, смотрю, как она кусает бутерброд, набивая за обе щеки, и жует, запивая кофе:

– Фто? – шепелявил набитым ртом, заметив мой пристальный взгляд.

– Ничего, – с трудом сглотнула, в горле как песком посыпали – сухо, жестко, дерет.

– Ешь уже давай! – снова откусывает, а меня просто тошнит от всего происходящего.

Смотрю на нее так, будто впервые вижу. Это вообще Арина или снова бред, рвущийся в мою жизнь? Хотя в бредовом состоянии она со мной обычно не разговаривает.

Сестра сосредоточенно жует, попутно листая модный журнал, а я все так же молча смотрю на нее, потом смотрю по сторонам, безуспешно пытаясь унять трепет в груди. У меня такое чувство, будто разрывает изнутри. Одна половина меня на удивление спокойна, будто в жизни вообще не происходит ничего странного. Будто каждое утро не начинается с паранойи, будто нет голосов, невидимых стен, и секса с хрен знаем кем в разных обличиях.

Другая половина постоянно находится в состоянии близком к панике, мечется в западне, ищет выход и не может его найти.

– Долго любоваться на меня будешь? – недовольно ворчит Арина.

– Я не любуюсь, – смущенно отворачиваюсь от нее. Ищу тему для разговора, потому что тишина, молчание выводят из себя. В тишине мне мерещатся шорохи, звуки, чужое дыхание.

– Что будем делать после завтрака? – интересуюсь у нее, в тайне надеясь, что сестра в выходной день никуда не собирается уходить.