История Ирэн. Гнев (СИ)
Много всего у Ирэн Виленской-Лопатиной, строятся фабрики, развивается литейное дело, храм опять же надо возводить. А вокруг сжимается кольцо из шпионов Бротты, да ещё Понзское княжество своего красавца-шпиона прислало. Император не знает защищать Ирэн или проверять тщательней. Едет от императора ещё один тайный советник. Впереди поездка в столицу по приглашению императора. Как примет Ирэн столичное общество? А как же любовь? С мужем непонятно всё, вокруг много интересных мужчин, есть из кого выбрать, да попаданке Ирине некогда, дел много…
Её нашли утром, когда нанятый возница, прождав час, пришёл к начальнику заставы с просьбой найти клиента.
Леди лежала на огромной кровати, глаза её были закрыты и только синяя полоса на шее, которую обнаружил приглашённый доктор, свидетельствовала о том, что смерть наступила в «результате неестественных причин». Так написал начальник заставы в отчёте и тело леди Бейкер было отправлено в Москов в посольство Бротты. В документах, которые нашли в комнате, где остановилась леди, было обозначено, что леди звали Фрида Жозефина Бейкер, подданая Бротты. Прибывшие на место исправники обнаружили, что драгоценности и деньги были на месте. Это было не ограбление. Начальник заставы мысленно перекрестился, значит это будут разбирать агенты Тайной службы, а на его заставе людей не грабят.
Правда, он ещё не знал, что всё-таки потеряет должность, потому как скоро Посольство Бротты обвинит Стоглавую в убийстве своей подданой.
* * *Граф Балашов возвращался со службы домой, но перед этим он собирался заехать к дяде, очень уж ему хотелось увидеться с леди Бейкер. Нанял извозчика и неспешно покатил в сторону дома князя Ставровского. Через какое-то время стало понятно, что уже должен был бы приехать, князь жил в центре, а выглянув в окно экипажа, Балашов понял, что из центра уже выехали. Тогда он постучал извозчику и крикну:
— Любезный, ты куда меня увёз?
Экипаж остановился, Кирилл решил вылезти, посмотреть, что случилось. Он распахнул дверцу и внезапно его схватили сразу несколько рук и вытащили из кареты. Он даже не успел скоординироваться. Так и упал с подножки.
Били молча и жестоко, ногами и кулаками, Балашов только и успевал, что прикрывать лицо и голову. Когда он решил, что уже не выживет. Всё прекратилось. Глаза заливала кровь из рассечённого лба, но Балашов разглядел, как к нему склонился кто-то и глухим голосом сказал:
— Будешь ещё блудяшить*, пеняй на себя
(*Бзыря, Блудяшка, Буслай — бешеный повеса, гуляка, старорусское обзывательство, прим. автора)
Сознание уплывало, но ночами ещё было холодно, поэтому Балашов постарался встать. Вскоре ему удалось встать на колени и так на четвереньках он и пополз к экипажу.
Вскоре откуда-то вылез, спрятавшийся извозчик и помог Балашову забраться в карету.
Балашов буквально упал на дворецкого, открывшего дверь дома. Прибежала графиня Елизавета Петровна и чуть не упала в обморок увидев Кирилла всего в крови еле стоящего на ногах, крикнула слуг, барина перенесли в комнату, и послала за доктором.
Доктор вынес вердикт, что у графа перелом руки, перелом носа, скорее всего останется шрам на лице, с остальным, если утром будет кровь в моче снова его позвать.
— Да что же это такое, по столице нельзя проехать, — голосила графиня и попыталась послать за исправниками.

















