История Ирэн. Гнев (СИ)

Она расстроенно сказала:

— Нам с вами, Ирэн Леонидовна надо к майским сезонам готовиться, а мы что делаем? Вот, скажите мне, сколько у вас новых платьев пошито?

Ирина с ужасом осознала, что ни одного. И, видимо, это отразилось у неё на лице, потому что Прасковья Валуевна успокаивающе произнесла:

— Вот, я так и знала. Но, Ирэн, ты не волнуйся, сегодня ко мне и девочкам приходит портниха, нам она уже почти всё пошила, а с тебя снимет мерки и за неделю всё сделает. К отъезду три-четыре платья у тебя будет, а остальные купишь в столице.

Ирина почувствовала огромную благодарность к этой большой и важной женщине. Приятно же когда кто-то не только ждёт что-то от тебя, но и думает каково тебе и проявляет искреннюю заботу. Захотелось её обнять, так стало тепло на душе.

— Спасибо, Прасковья Валуевна, чтобы я без вас делала, — глаза Ирины увлажнились.

— Что-что, иди уже вон в кабинет, ждут там тебя, — Прасковья Валуевна поспешила отвернуться, будто бы не хотела, чтобы Ирина увидела, насколько ей тоже приятно было получить искреннюю благодарность.

В кабинете у наместника уже были люди, несколько человек в военной форме даже стояли, потому как места за столом на всех не хватило.

За столом же, на правой стороне, сидели двое военных, видимо, в высших чинах, оба уже не очень молодые, лица, изрезанные морщинами, седина в волосах. На левой стороне стола сидело двое, явно не из Стоглавой. Одежда была яркая, вышита узорами, камзолы были длинными, на головах мужчин были надеты головные уборы похожие на фески*. У одного феска была белого цвета и украшена огненным рубином, а у второго украшений не было.

(*Феска — невысокий войлочный колпак с плоским верхом и шелковой кисточкой. С 1826 года феску или фес ввели вместо тюрбана как форменный головной убор для османских чиновников и солдат)

На вошедшую Ирину устремились все взгляды, но за спиной, как и всегда, стоял Андрей Забела и это давало ощущение защищённости. Ирина представляла себе, что сейчас его голова возвышается над ней и он «сверлит» всех острым, опасным, словно булатный клинок, взглядом. И никто не осмеливается что-то плохое сказать или сделать.

Ирина не знала, это под действием взгляда графа или оттого, что этикет в аристократов впитывался вместе с молоком матери, но все находящиеся в кабинете встали и поприветствовали Ирину. Мужчины в фесках тоже поднялись и один из них вопросительно взглянул на наместника.

Гайко Мирослав Мирославович подошёл к Ирине и графу и усталым голосом сообщил, кивнув в сторону мужчин в фесках:

— Ирэн Леонидовна, знакомьтесь, господин Абдул Хамид, сын Мохаммеда, посол Ханидана, с высочайшего позволения, приехал познакомится с вами и лично проконтролировать отправку мыла."

"Ирина внимательно посмотрела на посла.