История Ирэн. Гнев (СИ)

Дала советы как уменьшить количество неметаллических включений. Отдельно расписала, что надо сделать, чтобы в больших отливках удержать возможность получения булата. Такого, какой получался у них в Никольском.

После Картузова отписала супругу. Сообщила о своём решении остановиться у в доме у Гайко, и поинтересовалась о причинах задержки. Ирине хотелось, чтобы муж, если он, конечно, хочет им остаться, начал воспринимать её как человека, с которым можно поделиться всем, а не только рассказами о светский новостях.

Было непонятно, почему Виленский не рассказывает ей о делах. Возможно раньше Ирэн не интересовалась делами супруга, и поэтому он не привык, что ей может быть интересно. А вот почему Картузов молчит и не рассказывает барону про то, с кем они с Феррати придумали сталь, вот это интересно.

Написала Ирина также и Елизавете Тумановой и Анне Строгановой. Елизавете написала про визит посла Ханидана, спросила о том, что носят в столице и как относятся к новой кравецкой моде.

Анне написала, что ВСЕ здесь её любят. Ирина понадеялась, что умненькая Анна поймёт, кого она имела в виду.

Очень ей хотелось счастья для Путеева. Таким людям нужно счастье, они его достойны. Николай Ворсович помогал Ирине, но не только потому, что это было выгодно, Ирина видела, что он действительно переживал за больничное дело, за своих пациентов и теперь, когда появилась реальная возможность им помочь, ухватился за это и не жалел ни времени, ни сил.

Как раз сегодня удалось передать первые шприцы в больницу. Всё-таки повезло ей с таким прогрессивным доктором. Путеев, зная, что Ирэн никогда и ничего не говорит просто так, очень внимательно отнёсся к инструкции про кипячение шприцов и игл и обещал к концу недели, а может и немного раньше подготовить данные по испытанию нового медицинского инструмента.

* * *В трёх вёрстах от столицы. Кузьминки. Имение генерал-поручика барона Александра Григорьевича Строганова

Александр Григорьевич читал письмо от Виленского и злился. Ну, взрослый же человек, как случилось, что барон допустил такую запутанную ситуацию. Хорошо, что не объявили о помолвке. Бедная Аня, первый жених помер, второй вообще «забыл» сообщить, что женат.

— Тьфу ты, — Александр Григорьевич поджал губы. Дочь он любил, желал ей счастья, знал, что не вечен. Сына бог не дал, состояние у него такое большое аж страшно. Страшно за дочь, обманут, задурят голову.

Вспомнил про носатого доктора:

— Вот же наглый, но вроде не подлый, хоть и без титула.

Барон Строганов в людях разбирался хорошо, жизнь научила.