Я ухожу, любимый

Я хочу принять окончательное взвешенное решение, когда я буду готов! Когда буду уверен!

– Зорина тебе любезно предоставила такую возможность. Иди. Готовься. Она тебе не мешает. И знаешь что?

– Что?

– Лично я бы ушла от тебя еще раньше на ее месте. Я бы не смогла быть с таким, как ты. Ты не определился. А когда встретишь ту самую – все будет по-другому. Расслабься и ищи ее дальше. Тем более что ты даже с Зориной был в активном поиске.

– Вот не надо! Зорина это Зорина!

– А остальные кто?

– Да вообще никто! Это совершенно другое, это… несерьезно, понимаешь? Это разное!

– Нет. Я тебя не понимаю. И как ты не хочешь делить Зорину с другими, так и она не согласна делить тебя с остальными «несерьезными» женщинами. Ты бы ее принял после другого мужчины?

– Нет конечно! – возмущаюсь я. – Но она не такая!

– Ну вот и она не принимает. Она ожидает видеть рядом с собой мужчину, в котором будет уверена. А ты не такой. Ты не можешь ей дать то, чего она от тебя ждёт.

– Я ей даю достаточно, ясно?

– Если бы это было так, она бы не сбежала от тебя. Она не чувствует себя рядом с тобой любимой, желанной, единственной. Ты не смог стать для нее опорой. Она с тобой несчастна. Отпусти. Встретишь девушку, которую ты будешь уважать.

Гелу кто-то зовёт, а когда она оставляет меня одного, у меня в ушах отдается ее последняя фраза.

Щемит в груди. Смертоносная лава заливает все вокруг.

Телефон внезапно оживает.

Я, как голодная собака за костью, тянусь к телефону.

Ира: «Если что я соскучилась. Увидимся?»

И дурацкое красное сердце с трещиной в середине.

Глава 13

Машину останавливаю возле ворот. Сижу. Жду.

Внутри меня фейерверк эмоций, но все они со странно гнилым привкусом и ощущением горечи. Черная дыра внутри засасывает все хорошее, что еще теплилось где-то там, очень глубоко.

Дыхание мое учащается, а резкий всплеск адреналина разгоняет кровь. Сам не понимаю, что со мной, тело будто предупреждает об опасности. Тревога одолевает внезапно, атакуя снова и снова, а я не понимаю ее причину.

Еще раз звоню Зоре, как будто мое состояние как-то связано с ней. Но ответа, ожидаемо, нет.

Телефон замирает в моих деревянных пальцах. Я резко дергаюсь, полностью погруженный в смурные мысли. Со стороны пассажирского сидения распахивается дверь.

Ира с манящей лучезарной улыбкой усаживается рядом, а ее длинные волосы блестящим черным водопадом послушно укрывают плечи.

Она так очаровательно мне улыбается, глаза ее сияют, как две яркие звезды. А я отворачиваюсь, пытаясь понять, что со мной.

У меня трясутся руки, я вновь неловко набираю номер Зорины, безрезультатно пожирая взглядом экран, но тщетно.

Ощущение опасности усиливается. Впивается в глотку, как разъяренная гиена, неумолимо смыкая челюсти на шее, и не пускает. Не позволяет ни вдохнуть, ни выдохнуть.