Я вернусь

— Ну что ты, милая, я не смогу уйти, пока вот этот дядя меня не отпустит и не пообещает заодно, что не причинит тебе вреда, — смотрю на ""дядю"", а он раздумывает, мог бы думать и быстрее, время стремительно утекает.

— Думаю, как умею, — ты смотри-ка, какой у него слух хороший и не поворчишь, придется критиковать про себя. — У меня всего три хайдака, кто-то поедет вдвоем и да, малышка, дядя тетю не отпускает, можешь радоваться, она и дальше будет играть роль твоей мамы, но уже на законных основаниях.

— Мне еще никогда не делали такого завуалированного предложения руки и сердца, — отвечаю, чувствуя, что адреналин в крови закончился и у меня начался мандраж, а с ним и дикое желание болтать. — Мне надо подумать, взвесить все за и против. И, вообще, все остальное осмотреть, то есть у вас товар, а я купец… Господи, что я несу, ни у кого успокоительного нет? Нет. Жаль. Давайте хоть познакомимся, если нам дальше ехать вместе.

— Сайнур, род не называю, не настолько мы близки, — с некой двусмысленностью сказал тип бандитской наружности. — Но мы к этому вопросу еще вернемся, позже.

К какому вопросу, меня не интересует его родословная, хотя, может, здесь так принято — сообщать сразу все анкетные данные."

"— Даян, у магов нет рода, когда мы принимаем посвящение, нам дают только имя, а воспоминания о старом имени и семье стирают, — с тоской в голосе тихо проговорил начинающий маг.

— Заканчиваем с разговорами, пока не доберемся до безопасного места, предлагаю заключить перемирие, а сейчас пошли, — сказал Сайнур и зашагал вперед, помогая идти Даяну. Нам с Лией (так я переименовала Аглию) ничего не оставалось делать, как пойти следом.

Далеко идти не пришлось, по мало заметной тропке вышли на еще одну полянку, на которой находились три зверюги. Я думала, хайдаки разновидность лошадей, оказалось, что эти звери ближе к ламам или верблюдам. Крупные, как верблюды, но без горбов, на голове небольшие загнутые рога и золотисто-розовый окрас шерсти. Интересно, как в природе могло выжить подобное розовое чудо. Но вся красота терялась, стоило только глянуть на морды животных, выпученные глаза, у одного даже нервный тик, пена у рта, уж не бешеные ли? Сайнур, как увидел в каком состоянии звери, отпустил мага и бегом побежал к ним, начал гладить одного, что-то тихо приговаривая.

— Хайдаки нервничают, похоже, где-то поблизости ходит крупный зверь, — сообщил он нам, не переставая поглаживать животинку с нервным тиком.

— Может, их взрыв напугал? — спросила я, подходя ближе, зря, крайний хайдак встал на дыбы, дернулся что есть силы и с обломком ветки, к которой был привязан, припустил в лес. Далеко, правда, не убег, ветка застряла между деревьев, но этого действия мне хватило, чтобы напомнить о моем амулете.