Я вернусь (СИ)

Когда танец подходил к концу, Кристина со смешком подумала, что сейчас Рэм бы ей точно гордился, от нервов она танцевала не лучше черенка от метлы. Когда эта мука закончилась, и король подвел ее к Рэму, ей показалось, что король тоже выдохнул с облегчением.

— Спасибо, арна Кристина, за танец, вы великолепно танцуете.

— он слегка поклонился ей. А она еле удержала смешок. Да, воспитание и манеры это наше все! Врет и не краснеет. И вежливо присела в реверансе. — Вермонт, я думаю твоей невесте стоит немного отдохнуть, а мне нужно лично поздравить тебя с помолвкой и обсудить пару вопросов.

 — сказал он, обращаясь к Рэму, который стоял рядом с Мортом, разговаривая с ним о чем-то явно важном до этого. Лица у обоих были мрачные.

— Конечно, Ваше Величество, командующий Морт настойчиво добивается танца с моей невестой, думаю она не откажет ему в танце. — и такой выразительный взгляд на Кристину, что сразу стало понятно, оказать нельзя. И спустя пару мгновений Морт уже вел ее к танцующим и явно не испытывал и сотой доли того желания танцевать с ней, что приписал ему Рэм.

Как назло, танец был парным, и они то сходились, то расходились, кружились и так должно было происходить до конца танца.

Весь ужас состоял в том, что деться от него в этом танце было некуда. А он сверлил и сверлил ее своими жуткими глазами. И если в танце подразумевалось, что когда партнеры идут навстречу друг другу, то они радуются и жаждут объятий и затем кружатся. Кристине же казалось, что как только она подойдет поближе, он достанет откуда-нибудь ножичек и тихонечко пырнет ее им в самое сердце. Ее терпение подходило к концу и уже отпускала паника, которая накатила на нее во время танца с королем. Пора выяснить, за что он ее так невзлюбил.

— Ар Морт, — начала она елейным голосом и хитро улыбнулась. — Можете ли вы мне открыть одну тайну?

Мужчина сразу напрягся при слове тайна. Ну точно военный. Значит командует он чем-то военным.

— И что же вы хотите знать, арна Кристина?

— Я хочу знать, какого черта, вы на меня взъелись и весь вечер пытаетесь прожечь во мне дыру своими чудесными глазами? — она мило улыбнулась ему. А он зло прищурил эти самые глаза, притянул ее к себе, при этом больно сжав ее руку, и зло прошипел ей в самое ухо.

— Потому что таким как ты, место в Бредоме, а не рядом с моим другом и уж точно не как невеста. И уясни себе одну простую вещь, если ты что-нибудь натворишь, я найду тебя и тихонько прикопаю тебя там, где никто и никогда тебя не найдет. — и он почти до хруста сжал ее руку.

Вот же сукин сын! От такой неприкрытой ярости и угрозы Кристине стало страшно, но понятнее за что ей такие почести не стало. Да уж, хорошие друзья у Рэма, ничего не скажешь. Когда отступил первый страх, на его место пришла злость.