Я все еще царь. Книга XXXI

Но какой ее итог было не ясно даже для такого хорошего стратега, как Кутузов.

Сейчас он сидел в своем комфортном кабинете и изучал новые документы на модернизацию войск на западной границе. К тому же в любой момент Петр Первый мог инициировать войну с Сахалином и Японией, так как те были потенциально лояльны к самому Михаилу.

Все это очень раздражало. Он не хотел работать. Прошло много времени с того момента, как они с супругой видели дочь. А он так соскучился. Хоть Маша и звонила каждый день, но этого было мало.

В дверь постучались.

— Войдите, — не отвлекаясь от документов, крикнул Кутузов.

Это была Марфа Андреевна. В руках у нее был поднос с двумя чашками чая и печеньем.

— Дорогой, давай попьем чай. А то ты уже торчишь тут несколько часов. А мне нужен здоровый, крепкий муж, — произнесла она и бесцеремонно поставила поверх документов поднос.

— Марфа, я же… — он посмотрел ей в глаза и растаял. — А хотя ладно… Пять минут ничего не сделают.

Она села рядом и положила голову на плечо супруга.

— Как ты?

— Да как тебе сказать… — он щелкнул пальцем по бумагам. — Глобально экономика страны растет. Стало меньше преступлений…. Армия… Все хорошо… И меня это беспокоит. Как будто Петр Первый делает для страны то, что не мог сделать его сын.

— И что же?

— Благополучие… — произнес Кутузов.

— Но? Я прям чувствую, как ты хочешь это сказать, — улыбнулась супруга.

— Но все не так просто. Он очень расчетлив. Очень. Продумывает не на два шага вперед, а на сотню. Но пока я не могу понять, чего он добивается.

— Рано или поздно ты поймешь. Не зря тебя называют лучшим стратегом современности, — она погладила его по руке. — Расслабься хотя бы со мной.

— Понимаешь, я учился всем стратегическим приемам в том числе и по записям Петра Первого. Их полно в архиве.

— Но помимо них ты изучал и другие, верно? — возразила Марфа.

— Одно радует, что Михаил успел отправить мне эти коробки… как их.

— Говнозажимы? — улыбнулась Марфа. — Кузнецов в своем репертуаре.

— О да… Жду не дождусь внуков, — мечтательно произнес он.

Они несколько минут болтали про то, как будут нянчить детишек, поспорили о том, как назвать ребенка и даже немного посмеялись над тем, как они ездили в Широково на свадьбу дочери. Что там был за бардак…

Но в дверь постучались. На этот раз это был дворецкий.

— Господин, госпожа, — поклонился он. — К вам гость.

Они переглянулись.

— Ты кого-то ждешь? — спросила супруга.

— Нет. И я так понял, ты тоже никого не ждешь, — он посмотрел на слугу. — Кто там?

— Господин Фанеров.

— Женя? — удивился Кутузов. — Проводи его в гостиную.

Марфа Андреевна встала и подошла к окну. Там она увидела одинокую машину и больше ничего.

— Маша говорила, что с момента как Георгия убили, Женя сам не свой.