Их двое

Мгновение – мои ноги уже у него на плечах, а он сам – одним скользящим движением – во мне!И в этой позе он кажется настолько большим тоже, но не болезненным, а горячим и влажным, что его быстрые, яростные, собственнические толчки принимаются моим измученным телом с благодарностью. Я покорно откидываюсь на спину, выстанывая что-то непонятное на каждое грубое движение, слезы текут по щекам, а он наклоняется и слизывает их.

Он не молчалив, в отличие от Егеря, он постоянно что-то шепчет, что-то говорит мне. Но я ни одного слова не понимаю. Руки, раскинутые , словно крылья подбитой птицы, по покрывалу, попадают в плен теплых обветренных губ.

Егерь смотрит на нас, на то, как яростно двигается во мне Кот, и целует мои пальцы. Облизывает их, прикусывает. И глаза его в этот момент – полное отражение нашего общего на троих безумия.

Я кончаю прямо так, глядя в его глаза, и одновременно ощущая жесткие глубокие толчки Кота.И в этот раз это не нежная сладкая дрожь, а яростный распад на атомы, когда мгновение – и тебя нет. Просто не существуешь у этом мире!

Это настолько захватывает, что финальных движений Кота уже практически не ощущаю, такое впечатление, что мы в унисон дрожим и умираем. И Егеря, неотрывно глядящего в мои глаза, за собой прихватываем.

Когда мир вновь проявляется в моих глазах, приходит осознание своего положения, то даже пошевелиться не получается.Кот не отпускает, так и лежит на мне, во мне, дышит тяжело и сдавленно матерится:

- Бля-а-а-а… Оно того стоило, стоило… Черт…

Смотрит на меня, легко отжимается на локтях, коротко и невыносимо сладко целует.Я не успеваю ответить, он уже откатывается на бок, а меня тянет к себе Егерь.Он тоже устраивается на кровати, но с другого бока, молча проводит ладонью по груди, царапая мозолями на подушечках пальцев.

- Красивая такая, няша, - шепчет он, и кажется, что в его голосе звучит удивление…

- Ага, - подхватывает Кот, придвигаясь ближе и упираясь мне в ягодицу членом, - только дура, конечно… Сама чуть на тот свет не отправилась, и нас заодно едва не прихватила… Разве так можно, Мась?

- Я-а-а… - я считаю необходимым объяснить ситуацию, хотя, что тут объяснять, когда и в самом деле дура? – я просто чистую одежду, понимаете? Белье…

- Одежду… белье… - задумчиво повторяет Егерь, рассеянно поглаживая грудь, которую его здоровенная лапа целиком накрывает, - ебанутенькая ты, няш.

- Ага-а-а-а… - тянет Кот, уже не прижимаясь, а потираясь членом, вполне себе готовым к дальнейшему труду, и это вызывает легкое удивление, им что, отдыхать не надо? Судя по вполне однозначным движениям, не надо… - дура прям полная.