Я выбираю...

Потом гнев как-то незаметно сменился на любопытство. Как надолго его хватит? И вообще, чего он добивается? Почему-то я совсем его не боялась. Но я — плохой показатель, я и Игорёшу-то не боялась.

На одном из перекрёстков, передо мной затормозила побитая жизнью тачка, пьяные голоса засвистели и заулюлюкали, а кто-то один предложил:

— Эй, крошка, давай с нами?!

Замешкалась, почувствовав вдруг свою уязвимость — одна в ночи на дороги. Сделала шаг назад и спиной наткнулась на кого-то. Испугалась, кажется даже подпрыгнула, но крепкая рука несильно сжала мой локоть, словно успокаивая.

— Проваливайте отсюда, — приказным тоном велел им он.

Пьяные недовольно выдохнули, но уехали. Может форма его их остановила, а может быть тон. Когда хотел он умел быть очень убедительным.

— Скажи, ты всегда все неприятности на себе собираешь или это день у тебя такой неудачный?

— А тебе-то какое дело?! — как всегда огрызалась я.

— Злючка, — весело заметил он, и, чуть сильнее сжав мой локоть, повёл через дорогу, как раз зелёный свет загорелся.

Оказавшись на противоположной стороне, я выдернула свою руку.

— Чего тебе от меня надо?!

— До дома тебя провожаю, — будничным тоном пояснил он, словно это было нечто само собой разумеющееся.

— А тебя просили об этом?! — мне очень хотелось, чтобы он тоже повысил на меня голос, хоть как-то отреагировал на мою агрессию. Чтобы сказал, какая я дура или идиотка. Но он был спокоен, будто принимал все мои вывертки и истерики. Не просто позволял творить самодурство, а именно принимал меня, всю такую нелепую и злую.

И это выбивало почву из-под ног. Я тогда ещё не была конченной стервой, поэтому сама догадывалась, что веду себя неправильно. Он ведь был не виноват, что моя жизнь в последнее время шла под откос или в том, что я такая доверчивая, села в машину к Толмачёву.

— Слушай, нравится тебе это или нет, но я провожаю тебя до дому. А то с твоей везучестью, не хочу завтра в сводках читать про твой труп.

— То есть всё-таки в героя решил поиграть? А почему я должна тебе доверять? Вдруг ты маньяк? Вдруг как раз твоими стараниями мой труп в эти сводки и попадёт? Я ведь тебя не знаю.

— В чём проблема? Давай познакомимся, — полностью игнорируя мой бред, предложил он. А потом протянул мне руку и представился. — Ваня.

Я настороженно посмотрела на его ладонь. Он ждал, не убирал. Только улыбался своей широкой улыбкой. Наконец-то, я дрогнула.

— Лиза, — сдалась, отвечая на рукопожатие. Можно подумать, что он не знал, как меня зовут. Впрочем, и я тоже прекрасно помнила его имя. Иван. Хотя простое Ваня шло ему куда больше. А ещё лучше Ванька.

Он и был таким Ванькой — добрым, честным, благородным и бесхитростным.

Долго просто шли рядом и молчали. Я украдкой поглядывала на него.