Я заберу тебя себе (+ Бонус 18+)
Сдерживаю слёзы обиды, боли и злости, поднимаю ненавистной взгляд на того, кому два года назад отдала своё сердце без остатка. Оба молчим, сверлим друг друга взглядом, в углу комнаты раздаётся всхлип, перевожу взгляд на звук. Полуголая девица с растрёпанными волосами сидит на полу, уткнулась лицом в колени, давится слезами. Я раньше считала её подругой. Горечь разочарования в этих людях больно колит сердце, слегка морщусь.- У тебя ровно час, чтобы собрать свои вещи и покинуть мою квартиру, - перевожу взгляд на мужчину, холодно произношу слова, - и да, любовницу свою забрать не забудь, -поворачиваюсь к входной двери.- Стоять! - рычит Алексей, - сейчас раздеваешься, проходишь в комнату, и забываешь всё, что здесь произошло, ты поняла меня?Вздрагиваю от его тона. Какой же слепой я была.
Хмурюсь, не понимая, для чего он тычет мне своим мобильным в лицо, но, когда взгляд цепляется за экран, замираю, быстро читаю присланное безопаснику сообщение.
Отчёт от парней, что остались в доме родителей Людмилы, дабы проучить алкашей, за «хорошее» отношение к ребёнку.
Вовремя мы забрали Никиту. В дом бабушки и дедушки мальчика, заявилась опека. Ребята среагировали быстро, не дали пьющей паре рассказать правду, где и с кем сейчас ребёнок. Им удалось убедить, что Никиту забрала мать, приехавшая с отцом ребёнка, при этом не назвав моего имени.
- Значит так, - разносится голос всё того же мужика, что забрал у меня Никиту, - у ребёнка обезвоживание, как специалист, могу точно сказать, ребёнок не доедал, - ладони непроизвольно сжимаются в кулаки, - есть невысокая температура, чем она вызвана, пока сказать не можем, нужно полное обследование, как только приземлимся, передадим вас в руки нужным специалистам, - докладывает, как я понял главный этой бригады.
- Спасибо, - отвечаю мужику.
Вопросов куча, но задавать их бессмысленно, пока не проведётся полное обследование.
Нам так и не дают подойти к Никите, малышу поставили систему с глюкозой, что должна помочь карапузу.
Моя девочка и вовсе не отрывала от него взгляда. У обоих от слёз припухшие глаза, носики красные, на щеках румянец. Вот только у Никиты он явно от имеющейся температуры.
На вертолётной площадке нас уже дожидалась несколько врачей с каталкой.
Нам предоставили отдельную палату, пока Анюта мыла руки в небольшой душевой, доктор, которого нашёл Бронислав, принялся за осмотр малыша. И чем больше проходило времени, тем мрачнее становился коренастый мужчина.
- Я введён в некоторые подробности вашей ситуации, поэтому задам несколько нужных для меня вопросов, где мать ребёнка? – поднимает на меня взгляд доктор.
- Понятия не имею, - говорю правду, - ребёнком она не занималась, занимались родственники, - уточнять, кто именно не стал.
- Кем вы являетесь мальчику?
- Предположительно отцом, собираюсь сделать тест ДНК, но для начало необходимо заняться его здоровьем, он жил в ужасных условиях, - отвечаю, замечая краем глаза, как дверь в душевую открывается и на пороге появляется Анюта.





