Измену гордым не прощают

Трахал её. На нашем столе, где и я с ним... столько раз! И он туда, на моё законное место, посадил какую-то другую бабу!

Гордей прикусывает мою губу. Жарко стонет мне в рот. От его низкого глубокого тембра мое сердце разгоняется в груди так, что, кажется, еще немного и ребра проломит!

Мое глупое-глупое сердце так только на него реагирует!

А вот он... Он с любой готов так целоваться и так стонать!

Ненавижу тебя, Изменщик!

Пусть тебе будет больно также, как и мне!

Кусаю его за нижнюю губу. Дергается в сторону. Но мой рот успевает наполниться металлическим привкусом чужой крови.

Так тебе и надо, Изменщик!

Ошарашенно, непонимающе, обиженно даже смотрит мне в глаза, языком трогая ранку.

- Сучек своих целуй! А меня не смей! Понял? - сбрасываю плед на пол беседки и подскакиваю на ноги. - Я тебе не... я не...

- Кто? Ну? Ты не кто? - хрипло спрашивает, отступая на шаг назад.

- Не подстилка какая-нибудь! - выдыхаю я.

- Ну, ты-то, конечно, нет! Для меня, нет, естественно! Ты на минуточку, вообще, до сих пор моя жена! Это ты с кем-то другим подстилка. Да, Дани?

То есть он мне изменял, а меня же ещё и оскорбляет! Просто верх наглости!

- Ах, ты! - замахиваюсь, желая влепить ему пощечину, как мечтала с того самого дня, когда узнала об измене, но он перехватывает руку за запястье, сжимает. - Ай! Больно!

- Не смей. Меня. Бить! - шепчет, стиснув челюсти.

- Не смей. Меня. Трогать! - возвращаю ему тем же тоном.

-Мерзавка!

-Изменщик!

-Кто? Я-я?

На его лице такое недоумение, что мне становится смешно! Ну, Трофимов! Ну, ты даёшь! Актерище просто! Гениально! Не рекламой тебе надо заниматься, а в кино героев-изменщиков играть!

-Нет, я, наверное! - начинаю истерично хохотать, закрывая ладонью рот. - Ты, конечно. Это же ты...

Из дома доносится грохот.

В ужасе застываю на месте. Эми же там! А раз Трофимов здесь, то он, получается, там совсем один! Боже! Срываюсь бегом в сторону приоткрытой входной двери.

Гордей обгоняет и влетает внутрь первым.

15 глава. Ликбез для отца

Идиот! Я забыл о ребёнке!

Конечно, это ведьма-предательница виновата... Ну, и ещё немного виновата моя к ней непроходящая тяга.

Взлетаю вверх по ступенькам. Она бежит следом.

В прихожей вижу испуганного, взъерошенного, но, кажется, целого пацана - пытается засунуть ноги в ботиночки, чтобы, получается, сбежать с места преступления.

Увидев меня, вздрагивает, сжимается всем телом и начинает безо всяких там переходов и объяснений рыдать. Захлебываясь слезами, тянет руки к Дани:

-Ма-а-а-а-а-а-ма-а-а-а!

Ор настолько оглушительный, что у меня закладывает уши.

Дани хватает его на руки, прижимает к себе, целует лобик, щёчки. И меня, словно кипятком, болезненно обваривает мысль: ""Боже мой! Это же моя Дани. А это - её мальчик. Её сын. И, возможно, мой тоже"".