Ярость
Елена — «золотая» девочка и королева выпускного бала — постепенно погружается в темный омут вампирских тайн. Теперь и она сама, как и борющиеся за ее сердце братья-вампиры Стефан и Дамон, чувствует в себе жажду крови. Одновременно в ее родном городке Феллс-Черч начинают происходить странные и зловещие события…
Я знаю, что ты не хочешь, — она подняла руку, чтобы предотвратить вопль, который вот-вот должен был раздаться из уст Маргарет, — но ты должна. Котенок причинит тебе боль, если ты оставишь его у себя. Ты ведь не хочешь, что бы было больно, верно?
— Нет, — сказала Маргарет. Ее синие глаза были полны слез. — Но…
— И ты не хочешь, что бы котенок причинил боль тете Джудит, да? Ты скажешь тете Джудит, что у вас некоторое время не может быть котенка, щенка или даже птички. Только не говори ей, что это я сказала. Это будет наша маленькая тайна. Скажи ей, что ты стала бояться животных после того случая в церкви. — Елена считала, что лучше будет немного попугать девочку, чем в другой раз наблюдать страшную картину, которая могла произойти сегодня. Лицо Маргарет было очень печальным.
— Хорошо.
— Мне, правда, очень жаль, милая. — Елена села на кровать и обняла ее. — Но это единственный верный способ.
— Ты холодная, — сказала Маргарет, дотронувшись до лица Елены. — Ты ангел?
— Мм… не совсем. — «Только совсем наоборот. Противоположно» — иронично подумала Елена.
— Тетя Джудит сказала, что ты ушла к маме и папе. Ты их видела?
— Я… ну это трудно объяснить, Маргарет. Я еще не видела их, нет. И я не ангел, но собираюсь стать им для тебя и тети Джудит. Я буду следить за вами, даже когда вы не будите видеть меня.
— Понятно… — Сказала Маргарет, играя со своими пальцами. — Это значит, что ты не можешь здесь больше жить?
Елена осмотрела розово-белую спальню. Мягкие игрушки, стоящие на полках, небольшой письменный стол и качающаяся лошадка, которая когда-то принадлежала ей.
— Да, именно это я и имею в виду, — мягко сказала Елена.
— Когда мне сказали, что ты ушла к маме и папе, я сказала, что тоже хочу пойти.
Елене стало трудно дышать.
— О, дорогая, твое время еще не пришло, и тетя Джудит очень тебя любит, ей бы было очень одиноко.
Маргарет кивнула, ее веки слипались, и, когда Елена уложила ее и накрыла одеялом, девочка задала еще один вопрос.
— А разве ты не любишь меня?
— О, конечно я люблю! Я люблю тебя настолько сильно, что даже не знаю… Но со мной все будет в порядке, а тетя Джудит очень в тебе нуждается. И…, - Елена должна была сделать вдох, чтобы успокоиться. Она посмотрела вниз и увидела, что глаза Маргарет были закрыты, дыхание было ровным. Малышка спала.
«Какая же я глупая, глупая!» — думала Елена, быстро пересекая снежные сугробы на Кленовой Улице. Она совсем забыла спросить у Маргарет, приходил ли Роберт на обед, но сейчас уже было слишком поздно. Роберт. Глаза Елены внезапно сузились. Тогда в церкви его не было, он был снаружи, а потом собаки сошли с ума. И сегодня вечером котенок Маргарет одичал через некоторое время, после того, как автомобиль Роберта выехал на дорогу.