Ярослава и Грач

Он покачал головой.

— Ты сильная.

— Была бы сильная, ушла бы давно.

— И не было бы у нас Майи.

Яра поджала губы. Как бы тяжело ни было и чтобы она не чувствовала, за дочь она была ему благодарна. Как бы ее не было?

Она кивнула.

— Одно свидание, — повторил Гриша. — Пару часов вдвоем. И если ты решишь, что оно тебе не надо, то через два месяца я дам согласие на развод.

«Три месяца на примирение», — подытожила судья. После этого Яра замешкалась у приоткрытой двери в кабинет, потому что одевалась, и услышала, как она сказала своему секретарю: «Им не сюда надо, а к семейному психологу. Только время отнимают. Помнишь Потаповых, которых с приставом рассматривали, чтобы они не поубивали друг друга. Им бы на них посмотреть…»

Эта шальная мысль жила в ней. Она пошла на развод, чтобы исправить хоть что-то в своей жизни, которая казалась ей полным провалом. Но что, если и здесь она ошиблась? Что, если со стороны было виднее, и у них действительно был шанс? Что, если сейчас она откажется и сглупит? За всю их совместную жизнь он ни разу не позвал ее на свидание. Посмотреть вечером фильм, лежа на диване, или прогуляться до продуктового не считается. Ну что она теряет, кроме собственной гордости, от которой и так почти ничего не осталось?

— Я подумаю, — ответила Яра.

Гриша еще раз поцеловал Майю в макушку, снял с колена и встал.

— Папа! Папа! — заверещала их дочь, цепляясь за штанину его джинс.

— Папе пора идти, — вздохнул он, и Майя расплакалась.

Пришлось взять на руки. Грач снова нашел ее взгляд своим.

— Всего одно, — повторил он.

И ушел.

Разумеется, она согласилась. Вопреки ее ожиданиям Гриша не расплылся в довольной улыбке и вообще не высказал признаков чрезмерной радости. Опять сдержанно кивнул. И Яра поняла, что ее согласие было лишь первым пунктом его плана. Это интриговало.

— Куда пойдем? — поинтересовалась она.

— Сюрприз, — немного нервно выдохнул он.

Это тоже было что-то новенькое. Он даже подарки на ее дни рождения согласовывал с ней заранее.

— Хорошо, — протянула Яра. — Но что надеть-то?

Отразившийся на его лице испуг рассмешил.

— Да как обычно, наверное, — неуверенно предположил он.

Ей захотелось съязвить, что для нее сейчас как обычно — это джинсы и футболка, которые не жалко убивать в песочнице, но она сдержалась. Успеют еще поссориться.

— Но у меня будет условие, — вдруг выдал Гриша.

Кивнул сам себе. Судя по всему, это был второй пункт плана. Яра напряглась.

— Какое?

— Ты оставишь свой сотовый дома.

Ха-ха.

— А если няне нужно будет мне позвонить?

— У нее будет мой номер.

Яра вскинула бровь.

— Гриш, что за бред?

— Это не бред, — покачал головой Грач. — Ты все время в нем. В него смотришь — улыбаешься. А поднимаешь взгляд, и у тебя на лице появляется такое брезгливое выражение…

— Вот это уже реально бред.