Ярослава и Грач

Много учился и почти не развлекался. Мне после смерти отца еще долго не хотелось развлекаться. И все быстро уверились, что я ботаник и ни на какую дерзкую выходку не способен. Хотя, честно говоря, в какой-то момент я и сам в это поверил. А потом в мою жизнь ворвалась ты.

— Значит, так меня в следующий раз и представляй, — предлагает Яра. — «Ярослава — моя самая дерзкая выходка». Меня устроит.

— Яра…

Грач гладит ее по голове, а Яра вдруг понимает, что в квартире слишком тихо.

— А где мама? — недоуменно спрашивает она.

— Ушла за хлебом, обещала вернуться через пару часов, — снова смеется Григорий. — Дорога до булочной нынче далека и терниста, в мое время такого не было.

Орать «мама!» сейчас некому, и Яра просто возмущенно краснеет. А потом понимает одну вещь, которой до этого как-то не придавала значения. Вот сейчас Гриша в ее комнате. Сидит на ее кровати. И это странно. Словно он ворвался туда, где ему нет места. Это как если бы его детская все еще была где-то, и она пришла бы туда и стала осматриваться, перебирать вещи. Это как-то чересчур лично. И в то же время, она готова его сюда впустить.

Но зря мама ушла, заниматься здесь сексом все равно, что осквернять святое место. Она бы не смогла. А он и подавно. А вот просто полежать рядышком… Что-то в этом есть.

И она протягивает ему телефон.

— А включи что-нибудь, что ты в моем возрасте слушал, — просит она.

Грач долго роется в поисковике, потом уверенно делает выбор и протягивает ей наушник. Яра тянет его за руку, укладывает рядом.

«Песен еще ненаписанных сколько?

Скажи, кукушка, пропой.

В городе мне жить или на выселках,

Камнем лежать или гореть звездой? Звездой.» *

Они лежат, прижавшись друг к другу, потому что кровать узкая, а Грач большой, и смотрят в потолок, и слушают молча, и Яре кажется, они стали ближе друг к другу еще на шаг, а значит, обязательно со всем справятся.

Ведь не может быть иначе... Правда?

_________________________________

* В. Цой ""Кукушка""

История третья

полгода спустя

В десять часов вечера территория Конторы тиха и безлюдна. Грач возвращается с полигона, на котором час выбивался из сил, гоняя себя по кругу, и натыкается в раздевалке на Яру. Она сидит на скамейке в позе лотоса, вперив взгляд в его шкафчик.

— Ты как сюда попала? — хмурится Грач.

Не отводя взгляда от шкафчика, Яра поднимает вверх руку и несколько раз прокручивает на пальце кольцо со связкой ключей.

— Стащила у отца, за полчаса сделала дубликат в ближайшем ларьке и незаметно вернула обратно, — безо всяких эмоций поясняет она.

— Давай сюда.

Яра послушно кладет связку в протянутую ладонь. Григорий не видел ее месяц и не может не заметить перемены. Она выглядит уставшей, лишенной своей безумной энергии и разом повзрослевшей. Ему выть хочется. Это он виноват.