Ярослава и Грач

Подождите… Ноты? Какие ноты?

Яра глубоко вдохнула, и резкий сладкий запах наполнил легкие, оставляя после себя приторную горечь на языке. А ноты и правда скользили по рукам, и все вокруг вдруг стало смазанным, закружилось, распалось на яркие кусочки, словно картинка в калейдоскопе…

И она узнала этот запах.

Дурман-трава. Давным-давно отец показывал ей ее большие белые цветы и рассказывал о том, какой эффект они вызывают. И взял с нее слово, что она никогда, ни при каких обстоятельствах…

Черт.

Яра попыталась затормозить, но Рита тащила ее вперед. Она дернула подругу на себя, но та лишь засмеялась.

— Рита! — позвала она. — Пойдем на улицу, подышим."

"Но Рита безумно улыбнулась, и Яра поняла, что вытащить ее отсюда уже не сможет. Надо выбраться самой и связаться с отцом. Она вырвала руку из руки подруги. Та не обратила внимания, пошла дальше.

Яра огляделась, насколько это было возможно. Мир перед глазами все так же обращался цветными пятнами. Но вот взгляд остановился на чем-то. Что-то двигалось на диванчике. Несколько тел, слепленных друг с другом.

Яра выругалась. Грязно. Услышал бы Григорий, нахмурился бы и поджал губы. И обранил бы свое укоризненное «Яра…». Своего имени, сказанного им таким тоном, ей всегда хватало, чтобы все осознать и одновременно почувствовать себя и провинившейся, и наказанной. Вот и сейчас она почти услышала его и малость протрезвела. Повернулась в сторону выхода.

И сразу же поняла, что пройти вперед было легко, а вот вернуться обратно будет практически невозможно. Дверь, через которую они прошли, была плотно закрыта, и с этой стороны возле нее тоже стояла охрана…

— Вам помочь? — раздался голос над ухом. Чужая ладонь легла на талию. — Потанцуем?

Приятный мужской голос. Почему бы не расслабиться и не послушать его подольше? Только вот отчего он совсем не похож на бархатистый баритон с легкой хрипотцой, который она так любила?

Баритон. Гриша. Стоп.

— Нет, я не одна, — заплетающимся языком пробормотала Яра, сбрасывая с себя чужую руку.

Получилось вяло. Тело отказывалось подчиняться. Яра воззвала к силам, просто чтобы убедиться, что они при ней и она в безопасности, но те внезапно не ответили. Она прислушалась к себе и ощутила в венах их рваный, несвязный поток, будто что-то раздирало их в клочья, как ветер туман.

Ладно. Без паники.

Здесь все равно слишком много людей, и использовать силу значит рассекретить себя, то есть подставиться не только самой, но и подставить отца, и Гришу. Нет, нельзя.

— Ну и что, — снова произнес голос над ухом, — давай потанцуем.

«Танцуй», — шепнул дурман в голове.

Яра помотала головой. Нет.

— Я не одна, — выдохнула она.

— Конечно, теперь ты со мной, — ответили ей, и Яра обернулась и попыталась сфокусировать взгляд на лице говорившего.

Совсем молодой мужчина.