Хозяйка проклятой лавки. Драконам вход воспрещен!

«Потому что тебе нужна стихийная направленность», — подумала я про себя, но не стала озвучивать очевидное.

Банши наблюдала за нами хмуро и, как мне показалось, неодобрительно, но как-то спорить с лордом не пыталась. Ей не по статусу. Это я не обязана подчиняться прославленному графу Сандберрскому, королевскому приказчику, главному тенеборцу страны, сильнейшему магу и прочее не менее великое в огромном списке, в конце которого значится непревзойдённый романтик.

Блэйквуд ускакал к Алексану, а мы с Банши остались одни. Воительница слезла с лошади, видимо, чтобы не скакать, пока я иду на своих двоих.

— Чего это Шторм буйствует? — она озадаченно свела брови на переносице, ожидая моего ответа.

— Я ему помочь хотела, а он… — беспомощно развела руками в стороны. Хоть и пыталась сохранять спокойствие, но абсолютно не знала, чем обернётся предстоящий разговор, потому сильно нервничала. — Мне было видение об опасности. Я ему написала об этом в письме. Алексану передала, чтобы Шторм точно поверил. А Алексан вскрыл письмо сразу же.

— Ты будущее видишь? — изумлённо уточнила она."

"— Да, — подтвердила я с опаской. — Это плохо?

— Никогда не слышала о таком даре. Про провидцев сказки сказывают, в книгах пишут. Хотя… при короле наверняка такие служат. Он вокруг себя всех сильных магов страны собрал.

— Логично, — хмыкнула я.

Как бы Шторм ни решил и меня королю сдать в услужение, чтобы трудилась во благо народа. Эх, в квартирку свою хочу, ремонт хочу делать. И чтобы из всех забот был только выбор новых обоев…

До таверны оказалось недалеко. Через пять минут мы подошли к четырёхэтажному прямоугольному зданию таверны. Она хоть и оказалась больше той, что в Хенли, но давно пришла в некоторый упадок. Облупилась краска, местами покосились окна и украшения крыльца парадного входа. Но служащие суетились вовсю. Похоже, давно к ним не заявлялась такая орава. Было заметно, что здесь провели генеральную уборку, чтобы достойно принять отряд тенеборцев.

Миловидная служанка провела нас на второй этаж здания в подготовленную для Шторма комнату и пообещала сразу же подать ужин на двоих. К оформлению господских покоев подошли с душой, хотя и не укрылось от взгляда, что поверхность светлой деревянной мебели истёрлась, местами обветшали ковры, а вышитое вручную покрывало немного поистрепалось. Но здесь чувствовался какой-то домашний уют, которого не найти в вылизанных до лоска номерах отелей.

Мелькнула малодушная мысль сбежать, как только Банши оставила меня одну. Но, во-первых, я не хотела подставлять девушку, а во-вторых, после новостей о смерти ведьмы душу объяла полнейшая растерянность. Пока перед глазами маячила близкая цель, я храбрилась, держалась ради девочек, не позволяла себе унывать.