Идеальная мать

Фрэнси придвинулась к телевизору. Она обожала эту писательницу, которая стала популярной благодаря серии детективов для подростков. Фрэнси проглотила все до одного. Вчера Антония объявила, что жертвует сто пятьдесят тысяч долларов Нью-Йоркской полиции, чтобы помочь расследованию. У нее самой пятнадцать лет назад похитили дочь. Полиция тогда так и не предъявила ни одной правдоподобной версии."

"— Антония, почему вы решили пожертвовать эти деньги? — спросил ведущий.

— Потому что я знаю, что для матери нет ничего хуже, чем потерять ребенка. — Фрэнси посмотрела на Уилла, который пил из бутылочки, смотря на нее своими блестящими глазами. — Мать, которая когда-либо теряла ребенка, поймет…

Фрэнси убрала звук и положила пульт на стол перед собой. За окном было слышно, как тормозит автобус, в комнату просочился привкус бензина, она ощутила его на губах. Ей не хотелось думать ни о потере Антонии Фрэмигам, ни о потере Уинни. А в особенности ей не хотелось думать о том, чем она думала последние несколько дней, не в силах выкинуть эти мысли из головы — о тех трех детях, которых она потеряла.

Первой была дочка. Когда Фрэнси была одна, она представляла все так живо, словно это было вчера. Комната с белыми кафельными стенами, запах антисептика, испуганные лица девочек-подростков, которые тоже ждали на твердых пластиковых стульях в приемной. С ними хотя бы кто-то был — такие же испуганные мальчики, подружки, которые беспокойно сидели с ними рядом и жевали половинку жвачки, которую они разделили между собой. Одна девочка даже пришла с матерью в огромных сережках кольцами, которая вцепилась в руку дочери и заявила медсестре, что ей плевать на правила и она идет вместе с дочерью. Мать Фрэнси ждала в машине, нарезая круги вокруг парковки магазина «Биг лотс», потому что боялась, что ее увидит кто-нибудь из церкви.

«Осознаете ли вы, какие последствия могут быть у данной процедуры?» — спросила медсестра, когда Фрэнси наконец ввели в стерильный прохладный кабинет и выдали ей голубую одноразовую сорочку.

«Да».

«У вас есть разрешение от отца?»

«Отец с нами не живет. Он нас бросил, когда я была маленькая».

«Не вашего отца, а отца ребенка».

«Ой, — она запаниковала. — А что, это нужно?»

Медсестра посмотрела на нее:

«Не то чтобы официально, но было бы неплохо. — Фрэнси не поднимала глаз. — Скажите, пожалуйста, имя отца».

«Имя?»

Медсестра застыла с ручкой на весу. Она раздраженно вздохнула:

«Да, его имя. Полагаю, оно вам известно?»

Конечно же оно было ей известно. Джеймс Кристофер Колберн. Двадцать два года. Выпускник университета Сент Джеймс, участник группы Католических волонтеров, учитель биологии в школе Божьей матери неустанной помощи.