Идеальная мать

Она отпрянула:

— Хватит, Лоуэл. Не бросайся словами, речь идет о жизни ребенка и…

— Фрэнси, послушай, он мог умереть, понимаешь? Это ужасно, но ты должна быть к этому готова.

— Он ЖИВ.

Она вспомнила, что Уилл спал в гостиной в детском кресле и мог их услышать и проснуться. Она заговорила тише:

— Я уверена.

— Ну почему, почему ты так уверена? Ведь иногда случается дурное, Фрэнси.

Она закрыла глаза и вспомнила, как они с «Майскими матерями» сидели под ивой всего десять дней назад. Она вспомнила, как солнце пекло затылок и как Нэлл сказала: в такую жару случается дурное.

Комната закружилась перед глазами:

— Сейчас самое главное не забывать о себе, — голос Лоуэла звучал словно издалека. — Если ты будешь так срываться, всем от этого только хуже, не только Уиллу. Я сегодня не пойду на работу, отменю встречу.

Она подняла на него глаза:

— Зачем?

— Чтобы ты передохнула.

Она с наслаждением представила, как могла бы забраться в постель и насладиться несколькими часами одиночества. Уже много месяцев она не оставалась наедине с собой больше, чем на пятнадцать минут: пока Лоуэл смотрел за ребенком, она могла сбегать в магазин за банкой соуса. Нужно было соглашаться. Позволить себе отдохнуть от Уилла и его плача, от мыслей о Мидасе и сайта Патриции Истины с идиотскими комментариями и вопросами о Уинни. Где она была в тот вечер? Почему не говорит с прессой, не дает интервью, не требует вернуть Мидаса?

Но она не могла на это согласиться. Им это было не по карману: Лоуэл не мог пропустить встречу после того, как ему не досталась работа, на которую они рассчитывали.

— Нет, спасибо, — сказала она. — Я все равно собиралась с Уиллом на прогулку, мне нужно побольше двигаться.

— Уверена?

— Ага. Ты прав. Мне пора начать ухаживать за собой. Бодрая прогулка на свежем воздухе мне поможет.

Лоуэл, кажется, смягчился:

— Мое дело предложить, у тебя есть последняя возможность согласиться.

— Тебе нужно работать, не волнуйся за меня.

— Ладно, раз ты так уверена, — Лоуэл поцеловал ее в лоб. — Я в душ.

Она дождалась, пока он включил воду, и пошла в спальню. Аккуратно закрыла за собой дверь и достала тетрадь, спрятанную под кружевным бельем, которое она уже давно не надевала. Открыла тетрадь на странице со списком тех, кто был в тот вечер в баре, и перевернула на следующую — там она вела список всех возможных подозреваемых.

Возле первого имени в списке она поставила вопросительный знак.

«Боди Могаро».

А если тот адвокат прав? Если это правда был не он? Она стала думать о других подозреваемых.

Какой-то человек, связанный с бизнесом дедушки Уинни.

Альма. Нэлл была твердо уверена, что Альма не имеет к этому никакого отношения, но Фрэнси уже ни в чем не была уверена.