Идеальный хищник

Теперь уже МНЕ хотелось попробовать парочку извращений, от которых я раньше с негодованием отказывалась.

Но стоило представить Завадича со стеком или плетью в руках…

Строгого, но нежного господина."

"В костюме, когда я рядом с ним голая и беззащитная.

Ох.

Ну хоть разочек!

И сразу отказаться!

— Кто тебе сказал? — спросил он.

Я едва вспомнила, о чем речь.

— В смысле?..

— Проститутки оказывают четко оговоренные услуги. На которые заранее согласились. Оплатил и твори что хочешь — такого не бывает.

— А я смотрю — ты опытный… — сощурилась я. — А говорил, что такое тебе неинтересно.

— Мне неинтересно. Но в среде моих знакомых это обычное развлечение.

— Ну-ну… — хмыкнула я. — Это другие пацаны девок трахали, а ты рядом стоял, да?

Филипп пожал плечами с равнодушным видом.

Не удалось поймать хищника на такой простой трюк. Это тебе не ящерка, которая с готовностью вылезает поглазеть на блестящую вертушку, а там бери голыми руками.

Он поднял со столика бокал, обнял меня покрепче и сделал глоток.

Хорошо вообще устроился — в кресле у камина, с красивой женщиной в руках и коньячком.

Я потянулась к бокалу и лизнула краешек, почувствовав пряный вкус на языке.

Завадич наклонил его слегка, так, чтобы коньяк еще не пролился, но уже можно было достать его языком.

Я лизнула терпкую жидкость, словно кошка.

Филипп наклонил бокал сильнее — я не вовремя отстранилась, и несколько капель пролились мимо губ.

Он мгновенно накрыл мой рот своим, слизывая их.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Тысячи колких молний с треском зазмеились по моим венам от порочности этого поцелуя.

На этом стоило бы закончить разговоры. На время.

И заняться чем-нибудь поинтереснее.

Но мне было любопытно:

— И что — нельзя доплатить проститутке и делать все, что захочется?

— Можно. Если девочка согласна.

— А если нет?

— Держишь руки при себе. Не трогаешь грудь, волосы и не лезешь пальцами, куда не просили.

Все, что он делал со мной — тянул за волосы, сжимал грудь, прикусывал соски и…

Его пальцы лежали у меня на щеке, слегка поглаживая кожу.

Я отстранилась и поймала их ртом.

Обняла средний губами и потрогала кончиком языка.

Филипп длинно выдохнул, и по его телу пробежала волна дрожи.

— Я же сказала, что ты извращенец… — проговорила, выпуская его.

Он осторожно отставил бокал в сторону и положил ладони мне на бедра, поглаживая большими пальцами выступающие косточки.

— Тебе не понравилось? — провокационно осведомился он. — Скажи — и я посажу тебя в машину и отправлю домой немедленно.

— Нет.

— Что — нет? Не отправлю? — поднял он брови.