Идеальный любовник

— Как ты пронесешь его на корабль? — придирчиво спросил Джек.

— Есть возможность, — загадочно ответил Дэниелс.

— Например? — не отступал Реймонд.

— Я могу подняться на борт вместе с другими, когда они понесут провизию или груз. Или проделать дыру в корпусе корабля снаружи. Я боцман, корпуса — это мое дело. Не получится это, я дам кому-нибудь на лапу.

— Я тебе дам пять монет сейчас. Остальное получишь завтра, когда работа будет сделана.

— Я получу все сейчас, парень. Порох — чудная штука. Разнесет человека на куски, так что никто его не узнает.

Джек не стал с этим спорить. Он отсчитал деньги в ладонь боцмана.

Дэниелс плюнул на деньги и улыбнулся. Боцман знал, что торговые суда редко плывут в Дублин, не припрятав какой-нибудь контрабанды. Ему остается только подождать. Под покровом темноты все бочонки выглядят одинаково.

Шон и Эмерелд бродили, взявшись за руки, по парку развлечений Воксхолл. Дорожки среди деревьев, освещенные китайскими фонариками, были созданы для того, чтобы навевать романтическое настроение на его лондонских завсегдатаев, измученных жизнью.

Аллеи пролегали мимо цветочных клумб, статуй и фонтанов, приводя к различным аттракционам — музыке, танцам и кукольным театрам.

Они остановились посмотреть на Панча и Джуди[12], их рассмешила классическая схватка мужчины и женщины. Эмерелд закричала в унисон с Джуди:

— Замужество — это освященное законом рабовладение, институт рабства!

Другие женщины из толпы присоединились к ним, выражая неудовольствие и неодобрение всякий раз, как Панч открывал рот.

Шон, смеясь, вытащил Эмерелд из толпы.

— Тебе нравится провоцировать беспорядки.

Мне следовало отвести тебя на поединок боксеров-профессионалов.

— Ух, мне не нравится смотреть, как мужчины пускают друг другу кровь.

— Это не всегда мужчины. У Фиттса на Оксфорд-роуд устраивают поединки женщин. Они держат по полкроны в каждом кулаке. Та, что роняет монету, проигрывает.

— Ты с этим миришься, — обвинила Шона Эмерелд.

— Я — нет. Лондонцы — самый странный народ на земле.

Его спутница засмеялась:

— Знаешь, я верю, что ты прав. Ты только посмотри на этих людей. Они здесь не для того, чтобы посмотреть Воксхолл, а чтобы Воксхолл полюбовался на них.

Они важно выступают, словно актеры на сцене. На них не одежда, а костюмы. Престранные костюмы! Все женщины выглядят как проститутки, а мужчины напоминают шутов.

Шон прижал ее к себе:

— Это потому, что они и есть проститутки и шуты.

Когда они подошли к лоткам с закусками, граф настоял, чтобы Эмерелд попробовала все. Они отведали устриц, фасоль, паштеты, жареные каштаны, сливовый пирог и запили это элем и сидром.